Искатель. 1972. Выпуск №3

Звук был ни к чему — ни английского, ни немецкого Шурик не понимал.

Ковбой с бесстрастным лицом, с приклеенной к губам сигаретой медленно ехал среди кактусов и не мигая смотрел на восходящее солнце. Конь нетерпеливо перебирал сухими ногами.

Шурик заложил руки за голову и потянулся. Парень на экране был что надо и вызывал симпатию.

Сажин вошел тихо и неожиданно, взглянул на экран и спросил:

— Сколько раундов он выдержит?

Шурик сел и спустил ноги с кровати.

Ковбой упал, лошадь поскакала, длинно взвизгнула пуля. Ковбой проверил, не погасла ли его сигарета, затянулся, молниеносно выстрелил в сторону зрителя, вскочил на почему-то оказавшегося рядом другого коня и поехал мимо кактусов дальше, не мигая глядя на солнце.

Сажин выключил телевизор и озабоченно спросил:

— Ты храпишь?

— Что?

— Я спрашиваю: ты ночью храпишь? — Сажин положил на стол портфель, который держал в руках, выдвинул ногой стул и сел.

— Я не слышал, но говорят, что потрясающе, — ответил Шурик.

— Тогда все в порядке, — Сажин раскладывал какие-то бумаги, — мы споемся.

Курносая веснушчатая физиономия Шурика вытянулась, проходя за спиной тренера, он вздохнул и с сожалением посмотрел на телевизор.

— Еще надоест. Надеюсь, что ты выкроишь у телевизора время и успеешь взглянуть на Шенбруннский дворец. Правда, там сейчас не стреляют, — Сажин взял лежащую на столе австрийскую непривычно толстую газету и рассеянно перелистал. С одной страницы на Сажина глянуло знакомое лицо. «Пройдет ли Пауль Фишбах в парламент?» «Пауль Фишбах?» — Сажин задумался.

Шурик выскочил в коридор и заглянул в соседний номер.

— Зигмунд, шеф зовет, — сказал он Калныньшу, расхаживавшему по номеру с книгой в руке. — Где Кудашвили?

— Пошел прогуляться, — Зигмунд положил книгу в карман и вместе с Шуриком вошел к Сажину.

— А Роберт? — Салшн развязывал лежащий на столе холщовый мешочек, но не мог справиться с тесьмой.

— Он гуляет. — Зигмунд взял мешочек и развязал. — Деньги?

— Когда мне нужна помощь… — Саншн прервал себя на полуслове.

— Шурик, я назначаю тебя кассиром, — сказал Зигмунд и щелкнул Шурика по носу.

— А если бы я был сильнее, слон? — спросил Шурик, высыпая на стол легкие никелевые монетки.

— Ты бы не был так обидчив? — Зигмунд подставил ему стул и положил перед Шуриком авторучку.