Ирландец 2

Я одобрительно кивнул и уселся за стол, на котором стоял готовый завтрак. Спустя пару минут к нам спустился Томас и сел за стол напротив.

– Жаль мне, что вы уезжаете, но, как говорится, дела прежде всего.

– Я бы хотел остаться, но есть обстоятельства, по которым не могу этого сделать, – ответил я, поскольку хотел побыстрей покинуть Бостон, чтоб забыть Мэри.

Позавтракав, мы с Робом встали из-за стола. Томас также встал и проводил нас до двери.

– Надеюсь, мы еще встретимся, – улыбнувшись, сказал он и протянул руку.

– Я тоже надеюсь на это, – ответил я. Мы пожали руки, и я вышел из дома. Роб также пожал руку Томасу и догнал меня.

Дима поехал с нами, чтоб проводить на пароход. По прибытии в порт, Дима передал мне накладную на «груз», чтоб при разгрузке лишних вопросов не задавали, а также билеты первого класса.

– Берегите себя, парни, – протянул с некой печалью в голосе Дима-грек. Мне даже было как-то непривычно слышать от него такие слова.

Дима пожал руку Робу, и он поднялся по трапу на борт парохода, после чего Дима протянул мне руку, но спустя пару мгновений просто крепко обнял, словно старого, закадычного друга.

– Вот еще, это просил тебе передать Томас, – Дима достал из внутреннего кармана куртки конверт и протянул мне. – Я бы на твоем месте не отказывался от его подарка.

Я взял конверт и, не вскрывая его, положил во внутренний карман пальто.

– А это от меня, – Дима достал из-за пазухи револьвер и притянул его мне. – Поскольку твой забрали полицейские, а так хоть что-то будет напоминать обо мне.

– Хорошо, – ответил я и шагнул на трап. – Также и ты можешь рассчитывать на мою помощь. – Я развернулся и поднялся на борт парохода, не оглядываясь. После чего подошел к Робу, который ждал меня, и мы проследовали в свои каюты.

Глава 6

Открыв дверь своей каюты, я небрежно бросил на кровать свой небольшой багаж, состоящий из сумки, в которой было сменное белье и прочие мелкие принадлежности личной гигиены.

Осмотрев каюту, я достал из внутреннего кармана пиджака конверт, что передал мне Дима-грек.

– Интересно, что там такого мог передать мне Томас, ведь мы с ним прощались лично, – буркнул я себе под нос и вскрыл конверт.

Увидев содержимое, я ухмыльнулся и покачал головой. В конверте было пятьсот долларов и записка, написанная каллиграфическим почерком: «Я держу свое слово».