Ирландец 2

– Спасибо, ты тоже можешь рассчитывать на меня, помогу, чем смогу, – ответил я, и мы пожали друг другу руки.

Я встал и попытался уйти в дом, но гости Томаса подходили и поздравляли меня с победой, жали руки. Я не мог просто так уйти, поскольку это было бы некрасиво, да и болели они за меня все же.

Все это время Томас стоял в сторонке и попивал, по всей видимости, шампанское из бокала, осушив который, он неспешно подошел ко мне и также пожал руку.

Тут, видимо, меня догнал отходняк от боя. Голова просто раскалывалась от боли, ноги были словно свинцовые, а до правого бока даже дотронутся было нестерпимо больно.

– Видимо, ему к врачу надо, – задумчиво произнес Томас, глядя на меня.

– Я позабочусь, – ответил Дима и подозвал жестом Роба. – Помоги мне его погрузить в повозку.

Роб, не задавая лишних вопросов, взял меня под руку, с другой стороны меня так же подхватил Дима-грек, и они дотащили меня до повозки. Погрузив меня, Дима сразу же погнал лошадей в сторону уже знакомого дома на окраине Бостона, к доктору.

Точно нельзя было сказать, сколько мы ехали, поскольку я пару раз терял сознание. И вот, наконец, мы добрались до дома Адама. Дима с Робом аккуратно взяли меня под руки и потащили к двери.

Как и в случае с Робом, Дима-грек долбился к Адаму в дом, будто к себе.

– Адам, открывай, – выкрикивал Дима, не прекращая долбиться в дверь.

Дверь отворила та же негритянка-служанка. Она сразу же увидела меня, висящего на Робе, и побежала наверх к доктору, но Адам и без того слышал крики Димы и вышел на лестницу.

– Опять вы, – пробормотал Адам. – Как я погляжу, вам, ребята, не везет в Бостоне. Или вы компанию не ту выбрали, постоянно под пули подставляетесь.

– Нет, Адам, – тут же возразила Дима. – Это он после кулачного боя.

– Хм, что-то новенькое, – уже с улыбкой произнес Адам. – Давайте его в кабинет. Роб, надеюсь, не забыл, где он.

– Забудешь такое, – с ухмылкой ответил Роб, волоча меня в сторону кабинета доктора.

Дима помог Робу занести меня в кабинет, и они усадили меня на стул. Тело изнывало от боли, ныло все. Адам, не церемонясь, отстранил парней и подошел ко мне. Присев на одно колено, начал меня разглядывать.

– Так, ну, рассечение мы сейчас зашьем, – протянул Адам, рассматривая мою бровь. К такому мне было не привыкать.

– Правый бок болит, – выдавил я из себя.

Адам осмотрел и как-то совсем не больно прикоснулся к тому месту, где болело.