Инженер страны Советов

Пусть он им мозги вправляет после того, как ему их вправлю я.

Второй скандал был едва ли не более серьезным, чем первый. Наш повар заставил бойцов из наряда прицепить к грузовику полевую кухню и категорически отказывался отцеплять ее. Так и стоял рядом с ней с винтовкой наперевес. Увидев меня, он заголосил:

— Товарищ командир! Да разве ж так можно, такую кухню бросать?! А как потом бойцов кормить? Ее же не на себе потащим, а машина повезет. Ну так и пусть везет. А я уже и воду кипятить поставил.

Из трубы и правда шел небольшой дымок.

На все увещевания и уверения, что мы кухню спрячем, а потом за ней вернемся, повар отвечал одно: «Не дам!» В конце концов я махнул на это рукой. Черт с ней, с этой кухней. Пусть будет. Может, и правда пригодится еще, хотя бы как маскировка. Ну кто подумает, что в кузове грузовика, к которому прицеплена дымящаяся полевая кухня, едут русские диверсанты.

Уже после команды на посадку увидел романтическую сцену: бывший ротмистр Домнин, он же снайпер-крупнокалиберщик Гризли, нежно держал за руки доктора Наталью и что-то тихонько ей говорил.

Похоже, мужика окончательно отпустило после гибели дочери. Что же, совет им да любовь. Наталья со Светланой, кстати, с нами не едут. Они уходят пешком с основной частью отряда.

Выдвинулись в следующем порядке: впереди в головном дозоре ехали два мотоцикла, одиночка и с коляской с установленным в ней пулеметом, затем шел броневик, за ним — «кюбельванген» со мной, вальяжно развалившимся на заднем сиденье. С «кюбеля» сняли тент и опустили лобовое стекло, которое мало того что было пробито пулей, так еще и изрядно побилось, когда машина перевернулась.

За «кюбелем» ехал грузовик с дымящейся кухней, а замыкал колонну еще один мотоцикл с коляской.

И, похоже, наша маскировка сработала, во всяком случае попадавшиеся по дороге немцы на нас внимания не обращали. Так проехали километров восемь по лесной дороге, когда едущий впереди мотоцикл-одиночка вдруг резко развернулся и помчался в нашу сторону. С броневика подали команду «стоп», и колонна встала.

— Товарищ командир, там, впереди, в деревне немцы и полицаи. Ходят по домам, жителей никого не видно."

"Сердце тревожно заколотилось в груди. Из той своей истории знал я, что вытворяли каратели на оккупированной территории. По-быстрому дал всем указания, и мы двинулись дальше.

Когда наша колонна появилась из леса, то это поначалу вызвало переполох в деревне, но, присмотревшись, немцы убедились, что это движется их колонна.