Инженер Петра Великого – 2

Ни минуты не теряя, Брюс велел запрягать карету, взял Орлова, пару своих верных людей (может, из шотландцев своих, что на службе русской были) — и прямиком сюда, в Приказ. Плевать он хотел на поздний час и на неудобства местных чинов. Он ехал вытаскивать своего человека. Своего — потому что мои успехи — это и его успехи, а мой провал — и его тоже. А еще, как Орлов потом сказал, Брюс взбеленился, что кто-то посмел за его спиной такие дела проворачивать, в его вотчину лезть, которую ему сам Царь поручил.

Вот так, из-за смелого пацана Федьки да решимости Орлова с Брюсом, у меня и появился шанс вырваться отсюда, пока не поздно.

— Пошли же! — торопил Орлов. — Карета графа у входа. И не оглядывайся.

Я поднялся с гнилой соломы. Вышли в коридор. Конвоиры, как Орлова увидели, аж расступились. Никто и пикнуть не посмел.

Мы почти бегом шли по темным, гулким коридорам Приказа. Орлов впереди, я за ним, стараюсь не отставать, Федька рядом семенит, все оглядывается испуганно. Тишина гробовая. Впереди голоса послышались, властные такие. Завернули за угол — и вышли в холл перед той самой каморкой, где меня допрашивали.

Картина маслом: посреди холла — граф Брюс, весь застегнутый, строгий, как на параде. Перед ним — тот самый следователь, что меня мурыжил, злющий, как черт.

— … и я повторяю, ваше сиятельство, — ледяным тоном чеканил Брюс, глядя на чиновника поверх головы следователя, — фельдфебель Смирнов состоит под моим личным покровительством и выполняет особо важное государево задание по постройке новых машин и орудий! Его арест без моего ведома и без санкции высшей есть самоуправство и прямое воспрепятствование делу государственной важности!

— Но, ваше сиятельство, — заискивающе начал чиновник, — имелись веские подозрения… улики… донесения… Мы обязаны были проверить…

— Проверить⁈ — голос Брюса не стал громче, но аж морозом по коже драло.