Инженер Петра Великого – 2

А там, глядишь, и мой вклад в оборону державы повесомее станет, ну а значит — и моя шкура целее будет. Уверен и Брюс это понимал, ну а Царь — и подавно. Потому, моему проекту дали зеленый свет и деньжат отсыпали.

Мой «образцовый участок» — это же не куча мастерских под одной крышей, это будущий стандарт! Здесь я смогу внедрить то, о чем эти господа и не помышляют: разделение труда, поточный метод в самом примитивном виде, жесткий контроль качества на каждом этапе, чтобы не зависеть от настроения какого-нибудь кустаря-одиночки, выпускать продукцию стабильного, предсказуемого качества.

Иначе в этой гонке вооружений нам кранты. А врагам моим, которые явно не хотели усиления моей позиции, это не с руки, значит, будут вредить. И стройка — это еще и способ взять всё под свой контроль, создать островок порядка и современных (по моим меркам, конечно) технологий.

Перво-наперво — расчистка площадки. Делянку мне отписали знатную, аккурат под боком у моей разросшейся мастерской, только завалена она была всяким барахлом по самое не могу.

Ветхие, прогнившие сараюшки, груды битого кирпича, горы шлака от литейки — аж почернел весь, — какой-то ржавый металлолом… всё это тут годами, видать, копилось. Пришлось затеять субботник, правда, из-под палки. Шлаттер, которого мы с Орловым как следует поднажали, отрядил роту солдат. Те дня три выгребали весь этот срач, ломали сараи, площадку ровняли. Работа — грязная, солдатики роптали, конечно. Глядя на этих горемык, скребших землю чуть ли не ногтями, я в сотый раз проклинал отсутствие элементарной механизации. Дайте им тачки нормальные, рычаги, вороты простейшие — работа пойдет втрое быстрее! А так — мартышкин труд.

А потом пошла тягомотина — земляные работы. Копали котлованы под фундаменты будущих цехов: литейного, кузнечного, механического. И под основание для водяного колеса с плотиной — без этого никак. Лопат толковых — раз-два и обчелся, земля тут, у самой Невы, вязкая, глинистая, да еще и с валунами попадалась — ледник постарался в свое время.

Солдатики ковырялись еле-еле, без всякого энтузиазма. Пришлось Шлаттеру подкинуть еще и партию «колодников» — арестантов то есть, которые за мелкие провинности тянули тут сроки. Эти под присмотром охраны вкалывали, да все одно — спустя рукава. Эффективность, как сказали бы у меня дома, была ниже плинтуса. Я метался вдоль этих ям, орал, пинал, пытался как-то процесс наладить — на участки разбить, бригадиров из унтеров посметливее поставить.