Интеллект в подарок

Через пятнадцать минут, наша покорёженная эмка была взята на буксир одним из грузовиков лейтенанта Турова, чьи повреждения оказались незначительными. Диверсанты в составе двух трупов и одного живого, но сильно помятого, вместе со своей охраной разместились на грузовике капитана госбезопасности Скороходова. Туда же втиснули пулемёт. Меня вместе с Людой усадили на заднее сидение одного из автомобилей Скороходова.

Интерлюдия.Понедельник, 31 мая 1936 года, где-то на Лубянке.

— Автомобиль, в котором ехал наш фигурант, был буквально изрешечён пулями с первой же очереди, товарищ майор государственной безопасности.

— Не тянитесь, капитан, не на плацу. Как же тогда он в живых остался и даже не ранен? Как мне доложили, ни он, ни обе сопровождающие его девушки не пострадали. Как такое могло быть? У вас есть хоть какое-нибудь объяснение случившемуся?

— Пока пулемётчик расстреливал автомобиль, красноармейцы попрыгали с грузовиков и залегли вдоль обочины дороги, практически сразу открыв ответный огонь из винтовок.

— Это-то понятно, вопросов не вызывает. Непонятно, как они при этом ухитрились уцелеть.

— У меня нет ответа на этот вопрос, товарищ майор государственной безопасности.

— Откуда там четыре грузовика с красноармейцами объявились, выяснили?

— Выяснили, это абсолютно случайное совпадение. Предусмотреть такое заранее невозможно.

— Что по исполнителям?

— Проведена полная зачистка всей команды ликвидаторов, товарищ майор.

— Ладно, хоть здесь не облажались, — махнул майор госбезопасности, отпуская своего подчинённого.

Колдовство какое-то, — подумал майор, после того, как остался один в кабинете. — Вот как работать в таких условиях и что мне куратору докладывать, вот в чём вопрос. Неудачников нигде не любят, так и меня могут зачистить. Как любит к месту и без места повторять эта усатая сволочь: ""незаменимых у нас нет"". Нужно выяснить, кто именно из его группы телохранительниц был в машине вместе с фигурантом, и допросить их.

Интерлюдия.Воскресенье, 31 мая 1936 года, дача Сталина в Кунцево.

— Доложите, товарищ Скороходов, что успели выяснить.

— Слушаюсь, товарищ Сталин. Предположительно были две группы диверсантов.