Инсургент

Кристина ничего не говорит о том, что она обнаружила — два учебника, спрятанных между шкафом и стеной, которые говорят о склонности Калеба к Эрудиции.

— Позволь мне спросить прямо. Ты оставила группу Бесстрашных, чтобы подготовиться к войне… и взяла с собой сумку с косметикой?

— Да. Я думаю, что тем, кто захочет меня застрелить, будет труднее, если они увидят, какая я убийственно-привлекательная, — отвечает она, выгнув бровь. — Держи голову вот так.

Она откручивает крышку у черной трубки размером с один из моих пальцев, показывая красную палку.

— Кто-нибудь когда-нибудь говорил тебе о таком чуде, как выщипывание бровей? — спрашивает она, держа пинцет.

— Убери это от меня.

— Прекрасно, — вздыхает она. — Я бы добавила румян, но не уверена, что этот цвет тебе подходит.

— Шокирующее открытие, если учесть, как похожи тона нашей кожи.

Кристина хихикает.

Мы готовы; у меня красные губы и накрашенные ресницы, и я одета в ярко-красное платье. А еще нож, привязанный к внутренней части бедра. В этом должен быть смысл.

— Где же Маркус, Разрушитель Жизней, должен с нами встретиться? — спрашивает Кристина. Она одета в Дружелюбное желтое, а не красное, и на ее коже оно буквально светится.

Я смеюсь.

— За штабом Отречения.

Ночь. Мы идем по тротуару. Все остальные должны быть на ужине, я в этом уверена, но на случай незапланированной встречи мы одеты в черные куртки, скрывающие большую часть нашей одежды.

— Куда вы обе идете? — раздается голос Питера. Я смотрю через плечо. Он стоит на тротуаре позади нас. Интересно, как долго он там?"

"— Почему ты не ужинаешь со своей группой нападения? — интересуюсь я.

— Я не иду, — он стучит по руке, которую я подстрелила. — Ранен.

— Да ты что! — восклицает Кристина.

— Ну, я не хочу идти в бой с кучей Афракционеров, — признается он, его зеленые глаза сверкают.

— Как трус, — парирует Кристина, не скрывая отвращения. — Пусть остальные наведут для тебя порядок.

— Да! — отзывается он с ехидным видом и хлопает в ладоши. — Удачной смерти.

Насвистывая, пересекает улицу и идет в противоположную сторону.

— Ну, нам удалось его отвлечь, — замечает Кристина. — Он не повторил вопрос о том, куда мы идем.

— Да. Хорошо, — я прочищаю горло. — Но наш план все равно глупый. Ведь так?

— Он… не глупый.