Институт

Только «сказал» прозвучало как «шказал». Шепелявость вернулась. Тим нашел это занятным.

– Он кое о чем умалчивает, – объявил Люк. – Возможно, потому, что не хочет признаваться в этом самому себе. Как наши генералы отказывались признавать, что войну во Вьетнаме не выиграть, даже когда все уже было очевидно.

– Не понимаю, о чем ты, – сказал Смит.

– Понимаете, – возразила Калиша.

– Понимает, – подтвердил Никки.

– Лучше не завирайтесь, мистер, – сказала Сиротка Энни. – Эти пострелята читают ваши мысли.

Люк повернулся к Тиму.

– Как только я понял, что в основе этого дела лежит провидение, и добрался до настоящего компьютера…

– То есть до такого, за который не надо платить жетонами, – вставила Калиша.

Люк ткнул ее в бок:

– Помолчи минуту, а?

Никки ухмыльнулся:

– Берегись, Ша. Люк озверел.

Она рассмеялась. Смит – нет. С появлением Люка и его друзей Смит перестал управлять разговором, и по выражению его лица – сжатые губы, сдвинутые брови – видно было, что он к такому не привык.

– Как только я добрался до настоящего компьютера, – продолжил Люк, – я посчитал распределение Бернулли. Вы знаете, что это такое, мистер Смит?

Блондин мотнул головой.

– А вот Люк знает, – сказала Калиша. Глаза ее смеялись.

– Ага, – подхватил Ник. – Знает и не любит. Не дружит он с этим самым распределением.

– Распределение Бернулли – точный способ выразить вероятность, – сказал Люк. – Оно применяется, когда возможны два исхода некоторых эмпирических событий: выпадение орла либо решки, выигрыш либо проигрыш команды в матче.

– Да-да, не утомляй нас ерундой, – сказал Ник. – Давай сразу к сути.

– Выпадения орла и решки случайны. Счет матчей на маленькой выборке тоже выглядит случайным, но если взять выборки побольше, то видно, что он не случаен, поскольку присутствуют другие факторы.

– Конечно, – ответил Тим. – Анонс матчей с шансами команд печатают в газете.

Люк кивнул:

– На самом деле все очень просто, и когда применяешь распределение Бернулли к статистике предвидений, намечается интересная тенденция.