Институт

Люк удивленно покосился на него.

– Жестокий ты.

Никки пожал плечами.

– Не я жестокий, а правда. Хочешь, в КОЗЛА сыграем?

– Не-а.

– Да брось хандрить, пойдем. Я себе сразу первую букву запишу и даже прокачу тебя в конце на спине.

– Я пас.

– Слабо? – без малейшего вызова или обиды в голосе спросил Ник.

Люк помотал головой.

– Просто не хочу. Мы с папой всегда в эту игру играли.

Ну, приехали… Уже в прошедшем времени про отца говорит.

– Ладно, понял, понял, – ответил Никки и сделал такое лицо, что Люку стало совсем тошно.

– Что?

Никки вздохнул.

– Если передумаешь, я на площадке.

Люк вышел из столовой и побрел по своему коридору – тому, что с постером «ЕЩЕ ОДИН ДЕНЬ В РАЮ», – затем заглянул в следующий (мысленно он называл его Коридором с Машиной для Льда). Морин нигде не было, и Люк зашагал дальше, мимо других постеров и других дверей. Он насчитал по девять комнат с каждой стороны: все двери открыты нараспашку, кровати и стены голые.

В конце концов Люк добрался до второй комнаты отдыха, где уборщик по имени Фред делал широкие и неторопливые взмахи полотером. Здесь тоже стояли торговые автоматы – пустые и отключенные.

– Ты что тут делаешь? – спросил Фред.

– Ничего, прогуливаюсь. Ищу, на что поглазеть.

– Не на что тут глазеть. Иди, поиграй с другими детьми.

– А если я не хочу? – жалобно, без намека на дерзость спросил Люк.

На поясе у Фреда с одной стороны висела рация, с другой – шокер. На него-то он и положил руку.

– А ну марш отсюда! Повторять не буду.

– Ладно, ладно. Хорошего дня, Фред.

– Да пошел ты!

Полотер загудел вновь. Люк поспешил прочь, дивясь тому, как лихо Институт разрушает все его сложившиеся представления о взрослом мире – например, что люди будут с тобой приветливы, если ты приветлив.