Инструктор спецназа ГРУ

Та же Климова дала показания, из которых прямо следует, что Забродов и Быков были сообщниками. Вкупе с обнаруженными на квартире Забродова уликами это доказывает его виновность. И я не понимаю, товарищ полковник, как вы могли связаться с этим отребьем. Неужели вы ему поверили? Завтра Климова подпишет свои показания, и вам все станет ясно…

— Блестящая речь, — сказал Сорокин. — Тебе бы прокурором работать, в суде выступать, а ты тут штаны просиживаешь. Не подпишет Климова показания, даже не надейся. А вот те два сержанта, которых ты послал в Тушино, я думаю, уже утром начнут выдавать на-гора весьма интересную информацию.

Рябцев начал стремительно бледнеть. Он затравленно бегал глазами по сторонам, все время натыкаясь на улыбающееся лицо Забродова. Эта улыбка не сулила ничего хорошего.

— Подумай, Рябцев, — сказал Сорокин. — Адрес дачи Северцева нам твой Ковалев уже дал. Не скажешь, где Климова — сами найдем.

— Уговорили, — прохрипел полинявший капитан, утирая разом вспотевший лоб. — Пропади оно все пропадом! Можете оформлять явку с повинной.

— Некогда нам с тобой сейчас возиться, — отмахнулся Сорокин. — Сдадим тебя дежурному, посидишь до утра в камере и изложишь все в письменном виде. Так где Климова?

— На даче у Северцева. Только вряд ли вы ее достанете.

— Это мы уже слыхали. Северцев там?

— Нет его. К утру должен появиться.

— Ладно, пошли.

— Стоп, полковник, — вмешался Илларион.

— Куда это я поеду? — вскинулся Рябцев.

— К хозяину, — сказал Илларион. — Я думаю, он будет счастлив узнать, что ты самолично изловил Забродова.

— Не поеду, — уперся Рябцев. — Лучше сразу пристрелите.

— Поедешь, — сказал Илларион. — Вопрос только в том, впустят нас в ворота или нам придется брать их штурмом. Если будем штурмовать, я понесу тебя вместо щита. Как тебе такая перспектива? Майором тебе все равно уже не стать, зато умрешь, как герой.

— Что ты задумал, Илларион? — спросил Мещеряков.

— Всю жизнь одно и то же: «что ты задумал, Илларион, что ты задумал, Илларион». Я задумал вытащить Климову — нечего ей там сидеть. То, что им не удалось взять ее сына, для нее лично ничего не меняет. Скорее, наоборот, — как только приедет Северцев, за нее возьмутся по-настоящему.