Инструктор. Отчаянный воин

Тот спокойно ответил:

— Гагарин!

Бородач не сразу понял, о ком идет речь, и переспросил:

— Гагарин?

— Да.

— А при чем здесь космонавт? — недоверчиво спросил бородач? — Ты не перепутал?

— Космонавт тут ни при чем, Геннадий Станиславович, — фыркнул широкоплечий парень, — я говорю о художнике Гагарине Григории Григорьевиче.

— Тьфу ты черт! — слегка смутившись, воскликнул бородач. — Прости, у меня эта фамилия прежде всего с космосом ассоциируется… Так о какой картине идет речь?

— Некоей… — уклончиво ответил парень, не сводя глаз с бородача.

— А именно? — нахмурился Геннадий Станиславович.

— Где бабло? — спокойно ответил вопросом на вопрос информатор.

— Ты что, Эдик, меня разве первый год знаешь? — недовольно пробурчал бородач.

— Не первый, господин Минчинский, — вызывающе ответил молодой человек, — поэтому и спрашиваю: где деньги? Ты же знаешь мой принцип: днем деньги — вечером стулья, вечером деньги — утром стулья, утром деньги — днем…

— Перестань трепаться! — раздраженно воскликнул Минчинский и, выудив из внутреннего кармана светлого пиджака кожаное портмоне, вытащил из него стопку банкнот.

Парень спокойно взял протянутое и, тщательно пересчитав купюры, изложил высокому бородатому человеку интересующую его информацию. Геннадий Станиславович внимательно выслушал молодого человека и удовлетворенно покачал темноволосой головой. Все складывалось как нельзя лучше для него, и в сознании Геннадия Станиславовича моментально возник план, как провернуть щекотливое дельце, неплохо заработать и оставить с носом конкурентов…

Глава 2.

Прекрасная солнечная погода предлагала всем жителям Балашихи отправиться на природу и насладиться земными радостями. Однако кое у кого из балашихинцев были проблемы, которые прежде следовало решить, чтобы впоследствии познать эти самые радости…

Холеный черноволосый мужчина, сидя на веранде шикарного особняка, листая газеты, курил трубку и иногда посматривал на дорогу, на которой должен был появиться знакомый автомобиль с весьма ценным грузом…

* * *В просторной комнате находились трое мужчин: владелец особняка — коротко стриженный старик, его иностранный темноволосый гость лет сорока и невысокий молодой широкоплечий мужчина в спортивном костюме.

— Так-так, харашо… — немного коверкая русские слова, удовлетворенно прошептал иностранец, рассматривая картину.