Инструктор. Отчаянный воин

Все присутствующие выпили за успешное окончание расследования, затем помянули Ивана Павловца, а Забродов мысленно помянул и Раю Крутикову…

Чуть позже Илларион Забродов, оставив за столом на растерзание своего помощника, который с красочными подробностями рассказывал о проведенной им сыскной операции, вместе с Константином Гуреевым и Дмитрием Власовым вышел на площадку, чтобы подышать свежим воздухом. Через несколько минут к ним присоединился Вячеслав Демакин с бутылкой водки и стаканом.

Закурив по сигарете, мужчины завели разговор, который, конечно же, коснулся жуткой судьбы их товарища Ивана Павловца и всего того, что вертелось вокруг этой громкой истории.

— Ну и чем все это закончилось? — спросил Гуреев.

Забродов, потушив сигарету в стоящей в углу консервной банке, махнул рукой:

— А чем, мужики, все это может закончиться в нашей стране?

Власов усмехнулся и покачал темноволосой головой:

— Это точно…

— И все же? — поддержал Гуреева Демакин.

— Заместитель министра МВД с почетом отправлен на заслуженный отдых, — сообщил седовласый инструктор спецназа ГРУ.

— Ну, с этими слугами народа понятно, — сказал Гуреев, — а непосредственные исполнители?

— Двое дружков-киллеров находятся под следствием…

— А Соловьев?

Илларион Константинович обвел товарищей многозначительным взглядом:

— Говорят, что он на своей даче застрелился.

— Теперь это так называется, — язвительно заметил Власов.

Илларион Константинович кивнул:

— Точно.

— А чего же тогда остальных не кокнули? — спросил любознательный Демакин. — Того же заместителя директора Белявского?

— А кому он мешает, — ответил инструктор спецназа ГРУ. — Он знал только полковника Соловьева, который был связующим звеном… К тому же конкретных доказательств того, что Белявский был замешан в подмене и похищении ценных картин, нет. Более того, он все валит на Варенцова и пожар. А что касается уголовников, так на них тоже нет ничего конкретного…

— А куда пропал наш прибалтийский гость Минчинский? — поинтересовался Дмитрий Власов.

Илларион Константинович нахмурил брови: он прекрасно знал, что им всерьез занялась группа сотрудников Главного разведывательного управления, однако, разумеется, не имел права распространяться об этом.

— Не знаю… — солгал он, — наверное, где-то в бегах…

— Итак, все свалили на директора музея Варенцова, полковника Соловьева и успокоились, — подвел итог Константин Гуреев.