Инструктор. Отчаянный воин

 — Ладно, Семенович, давай, как в былые времена…

— Вот это по-нашему, — похвалил собеседника чекист и, повернув голову в сторону бармена за стойкой, поднял руку и оттопырил два пальца.

Молодой человек едва заметным движением головы подал знак, что понял и принял заказ.

— Твоя точка? — спросил Илларион.

— А ты не теряешь форму, Илларион Константинович, — уважительно произнес полковник ФСБ, — от тебя ничего не ускользнет!

— Привычка, выработанная годами, — спокойно ответил пенсионер и, закурив сигарету, спросил: — Так зачем я тебе понадобился?

— Дело в том, Илларион Константинович, что я занимаюсь хищением картин из наших государственных музеев и галерей, — сообщил полковник ФСБ Мальков.

— Верно, — кивнул Забродов, — есть у меня приятели среди художников, но их не так много, как тебе хотелось бы. Более того, — вздохнув, признался полковник, — на днях на одного товарища стало меньше.

— Иван Павловец, бы между прочим сказал полковник ФСБ Мальков.

— И вновь верно, — усмехнулся Илларион Константинович и, расправив широкие плечи, сказал: — Я думаю, что ты знаешь и про директора музея, которого обнаружили мертвым в парке.

— Варенцов Вениамин Александрович? — усталым голосом уточнил Мальков.

— Он самый.

— Знаю, Константинович, — признался Семен Семенович. — Поговорим и о нем, только давай сначала выпьем по соточке и перекусим.

— Я не против, Семенович, — хмыкнул инструктор спецназа ГРУ и потушил сигарету в пепельнице.

Илларион и в самом деле не был против: он так и не успел перекусить в пельменной. Средних лет официантка принесла на подносе графинчик с водкой и две тарелки с пышущими жаром баварскими сардельками…

* * *"

"— Мы давно уже занимаемся этими хищениями, — продолжал полковник ФСБ Мальков, отставляя в сторону почти пустой графинчик, — и не только в Москве, но и в Питере и в других городах…

— А как вышли на музей?

— Позавчера прислали с Брестской таможни уведомление, что конфисковали картину Гагарина «Поземка» у контрабандистов, — сообщил Мальков.

Илларион Константинович удивленно посмотрел на собеседника:

— Так эта картина висит, вернее, висела в музее…

— Правильно, Илларион Константинович, — подтвердил полковник ФСБ.