Иномирцам вход воспрещен. Том 8 (СИ)

Все иные расы, что раньше были союзниками и с удовольствием торговали со зверолюдьми, были обращены в рабство. Несогласных убили, других заставили работать, выжимая из них хоть какую-то выгоду.

И сейчас льву позволили не раз прочувствовать все страдания, что он принёс народу медведей. Пусть, возможно, и не он лично. Но всё это происходило с его согласия, и в этом виноваты его же собратья.

— Отвечай! — панда нанёс мощный удар по рёбрам, и послышался хруст. Тогда как лев натурально взвыл от боли.

— Да что вам надо? Я всё скажу!

— Давай ещё, — скомандовал панда, и его товарищ, бурый медведь, огрел бедного льва по хребту палкой.

"Пытка продолжалась по меньшей мере полчаса. За это время бойцы успели утащить всё ценное, собрать добытое в аванпосте жаб и принести сюда, разложить по повозкам, и теперь все ждали, когда медведи выбьют из льва казну.

А в назидание других зверей согнали в одну кучу и оставили стоять на площади, чтобы все видели, чего будет стоить сопротивление.

Несколько баранов, крыс и прочих козлов, расчувствовавшись, показали тайники своих соседей, да и вообще, зверолюди сразу стали сговорчивее.

— Да скажите, что вам надо! Всё отдам, что у меня есть! — взмолился лев, когда бурый вытащил из одной избы бревно. Дубина показалась ему слишком маленькой, потому пришлось импровизировать.

— Казна! — Николай решил остановить разбушевавшихся косолапых, — Ты должен отдать нам казну и умрёшь быстро.

— Какая казна? — лев готов был потерять сознание. — Я не управляющий городом!

— Тогда кто? — удивился парень, а лев показал куда-то в толпу. Там, непринужденно насвистывая какую-то мелодию, стоял и отрешённым взглядом смотрел в небо козёл в богатых одеяниях.

— Вон, он! Я просто командующий обороной! Меня прислали сюда из столицы! — ревел лев. — А казна у него!

— Ме-е-е! — только и успел проблеять мэр города, когда его выхватили из толпы.

После чего армия попросту развернулась и пошла прочь, увозя с собой всё, что можно продать, запасы, что могут пригодиться в ближайшем будущем, и, разумеется, монеты. Здесь полегло немало высокоуровневых зверей, а также десятки тысяч жаб.