Инспекторша драконьего аэропорта (СИ)

— Может, прекратишь пудрить мозги, а лучше прямо скажешь, что тебе надо?

— Вот сколько мы ни старались, так и не смогли привить тебе простых навыков дипломатии, и в кого ты только такой пошел, — вещал Роген. Он вообще серьезно?

— Думаю, раскаиваться в этом поздно, а тебе лучше просто перейти к делу, — отрезал я, сейчас надо сосредоточиться и подумать, как вернуть Алису без потерь, а не слушать этот бред.

— Я, так уж и быть отдам, тебе аэропорт, а ты мне за это поможешь найти мою невесту, — выдавил из себя Роген, а я посмотрел на него, словно на умалишенного.

— Я позволю тебе встать во главе клана, если ты не будешь сейчас мешаться под ногами, — отрезал, видя, как ко мне со всех ног уже спешат Амина и Амунтар.

— Стыковка через десять минут, — сообщила девушка, а мой секретарь безуспешно пытался что-то сделать на своем планшете.

— Нам так и не удалось связаться с кораблем, — наконец проронил он. Тонконогий не умел демонстрировать эмоции, но сейчас я четко чувствовал его напряжение.

Как вообще можно не суметь связаться с кораблем? Они же не вымерли там все?

Воображение тут же нарисовало весьма душераздирающую картину, от которой у меня в буквальном смысле этого слова ноги подкосились, но я поторопился отбросить от себя этот бред. Этого не может быть, для управления звездолетом нужно как минимум одно живое создание, и это точно не может быть слизь посла.

Впрочем, если этим единственным выжившим окажется посол, то я его прикончу, и плевать, что это может стоить мне жизни и политического скандала размером с галактику!

Стыковка прошла успешно, и мы все замерли возле гейта.

Сквозь легкий дымок открывающегося люка соединения с гейтом начала медленно, но верно просачиваться слизь, а у меня защипало в глазах. Столько слизи, Алиса просто не могла выжить! Я убью этого эйнофрида!

Но внезапно дымка разошлась, и я увидел ее!

Алиса плыла, окруженная неизвестным мне свечением, и пела, ее волосы колыхались под действием магии, которую она распространяла вокруг.

На мгновение наши глаза встретились, и ее лицо исказила гримаса боли.