Индийский поход. Сотник

— Пленных не брать! Никого в живых не оставлять! — впервые с момента сшибки нервно заорал я, внутренне восхищаясь действиями казаков, тому, как они все четко проделали без моих руководящих указивок.

«Видит бог, эти сокровища мне мозги свернули набекрень, совсем голову потерял, лишенец!» — ругал я себя по чем свет, выходя на истоптанную копытами дорогу с лужами крови.

— Трое раненых, вашбродь, в седле держаться смогут. Из супостатов никто не ушел, — спокойно доложил мне Козин и поправился извиняющимся тоном.

— Еще господин прапорщик, его конем стоптал тот, кого вы в ручье головы лишили.

— Жить буду, — кряхтя сообщил Рерберг с кислой миной, выбираясь из кустов и отряхивая изгвазданную в глине черкеску.

— Что за люди, не пойму? — полюбопытствовал старый урядник, не скрывая презрения. — На афганцев не похожи. Халатники, как по ту сторону гор, дуван с них — с козла молока. И кони,не приведи господи, клячи деревенские. Разве что шашки неплохие.

— Местное отребье из узбеков или таджиков, набранных по дальним кишлакам, — отмахнулся я.

— Повезло нам, что не пуштуны.

— Что с конями ихними будем делать?

— Все бросайте и быстро уходим!

Казаки безропотно начали седлать коней. Бросив последний взгляд вокруг и чувствуя, что нервы все также натянуты в струну, последовал их примеру.

Волнение не отпускало меня всю обратную дорогу, каждую секунду ждал повторного нападения. Но я снова ошибся. Проблемы нарисовались перед нами в полный рост при въезде в наш караван-сарай.

(1) Чар-Чата базар, «Четыре арки» — крытый рынок, построенный в XVII веке Али Мардан Ханом, губернатором Кабула времен Великих Моголов, был полностью разрушен английскими войсками в 1842 г.

Глава 17

Усталые, вымотанные дорогой и жарой до предела, на изрядно заморенных конях, мы преодолевали последние сотни саженей нашего марш-броска за бриллиантовой дымкой, мечтая лишь об одном — ополоснуться и принять горизонтальное положение. Ребята, конечно, старались выглядеть молодецки — смотри, Кабул, Дон едет! Но все это было не нужно.

Мы уже примелькались своим необычным видом, черкески не вызывали такого ажиотажа, как в наш первый день в столице. Городские ворота миновали беспрепятственно, таможенники и стражники к нам не цеплялись, многочисленные седоки ишаков, трусивших в обоих направлениях, провожали нас безразличными взглядами…

Нас ждали перед самым караван-сараем. Большая группа афганцев, вооруженных до зубов, но не сказать, чтобы численно нас превосходящая.