Индийский поход. Хорунжий

Но знаете ли вы, что такое солдат? Я получил и чины, и ленты, и раны, но лучшею наградою почитаю то, когда обо мне говорят — он настоящий русский солдат».

— Похвально, что вы помните такие священные слова! — вмешался я. — Но совершенно не время предаваться воспоминаниям. Федор Исидорович, займитесь прапорщиком, он в полном вашем распоряжении. Я же с унтерам-офицерами, с вашего разрешения, пошепчусь.

— О, горе мне! Я не родился под сенью огромного родословного дерева! — патетично воскликнул Волков.

Ого, оказывается наш сухарь не чужд лицедейства и чувства юмора.

Ведь он явно потешается над дворянской спесью прапорщика. Думаю, коллежский секретарь быстро скрутит Рерберга в бараний рог. Я надеялся, что бывший кадет послужит нянькой ученой голове, но, похоже, все будет наоборот.

— Федор Исидорович! Полагаю, вы быстро споетесь, — подытожил я и пошел знакомится с пополнением."

"Прибывшие казаки принялись устраиваться на новом месте, знакомиться с моими казачками, а я устроил мини-совещание с унтер-офицерами.

С донцами, ожидаемо, все оказалось точно также, как с моей первой командой — полный разнобой с точки зрения оружия. Я тут же увеличил количество запрашиваемых карабинов и про остальные пункты не забыл — отряд же теперь вырос втрое, до полной сотни.

А вот гребенцы порадовали. Были вооружены кавказскими ружьями мелкого калибра, но дальнобойными, и, что особо порадовали, они умели их перезаряжать на скаку. У дагестанцев-тарковцев научились, с которыми постоянно воевали. С надтеречными казаками вылезла другая проблема.

Они привыкли воевать в лесах, степь их не то, чтобы пугала, но эффективность, как они честно признались, значительно падала. Я решил определить их в арьергард, на защиту обоза. Слава богу, меня поняли правильно — то было не умаление их способностей, но особое доверие, ибо степняки привыкли всегда нападать с тыла и именно на обоз. Он был самым уязвимым местом в степном походе.

Разобрался с оргвопросами и отправился к Платову отстаивать свои хотелки и получать последние указания.

Пропустили меня к нему без задержек — судя по прибывшему пополнению, о глубоком степной рейде для разведки дороги знали все, кому положено. И со списком все получилось отлично — так всегда бывает, когда начальству что-то очень-очень нужно от своего подчиненного.

— Пойдешь, Петро, к корпусному квартирмистеру и все у него получишь, — обрадовал меня Матвей Иванович, подмахивая своей подписью мой запрос. — Выступай тотчас же. И слушай мой приказ.