Инь-ян 4

Зуд! Как у ребенка, ожидающего дня рождения и самое главное — подарка под подушкой, или на стуле возле кровати.

Нетерпение, как у пассажира поезда, который остановился на станции и все никак не двинется вперед, к светлому будущему, туда где ждет только хорошее, только яркое, интересное, самое лучшее в мире!

В отличие от городов Союза, пиратский город освещен был очень скудно. Точнее — совсем никак. Пришлось ориентироваться по стояночным огням судов — каждый корабль, стоявший на якоре или у причальной стенки, обязательно зажигал фонарь.

Мало ли кто войдет в эту бухту темной ночью? Оказаться в кишащей гадами воде после удара кованым носом случайного корабля — удовольствие совсем никакое. Так что бухта с высоты полета выглядела копией звездного неба, россыпью десятков ярких небесных огней — на каждом судне как минимум два фонаря, на корме и на носу, так что десятки судов подсвечивали бухту очень даже эффектно. Красивое зрелище! Темное звездное небо, луна, едва выглядывающая из-за случайного облака, будто нарочно обнявшего ее пухлыми руками, россыпь мерцающих огней, отражающихся в воде…покой и умиротворение. Как и всегда — кажущиеся.

Снизив скорость, Сергей спустился на высоту около ста метров, и потом осторожно, следя. чтобы не врезаться в торчащие в темноте скалы приземлился на краю города.

Городской стены не было — зачем городская стена практически неприступным отвесным берегам острова? Только один вход, только один выход — через бухту, через проход между скалами, и больше никак.

Уйти с острова можно только так, или по воздуху. Лавовое плато, на котором за миллионы лет нарос плодородный слой земли, обрывалось в глубину моря гладкими, неприступными ""натуральными"" стенами, на которые с трудом бы поднялся даже самый умелый альпинист, использующий лучшее оборудование. Лес, плантации, теплый климат — несмотря на то, что архипелаг был расположен далеко от южных широт — живи, и радуйся!

И вот, как обычно и бывает — в благодатном месте поселилось Зло. Да, именно Зло — никогда пиратские города-государства не были Добром.

Нельзя создать ничего хорошего на основе из человеческого горя — рабство, грабежи, разбой. Каждый сантиметр этой земли был полит потом и кровью тысяч и тысяч рабов, каждая монета, которая прошла через руки здешних жителей — в засохшей крови несчастных жертв, в недобрый час попавшихся на пути пиратского трехмачтовика.

Нет…с этой пиратской вольницей давно нужно было покончить — в этом Сергей совершенно уверен.