Инь-ян 4

Вот так!

— Серг, мне нужно с тобой поговорить… — Морна глянула на двух киссанок, так же бесстрастно и безмятежно взирающих на окружающую их действительность, и тихо, почти шепотом, добавила — У них уши, как у собак! Пойдем в каюту?

— Пойдем — согласился Сергей, и зашагал к высокой надстройке, за дверью которой находились несколько кают. По большому счету ему уже давно хотелось уйти с палубы. Свобода, конечно, радует, но если она приправлена мелким холодным дождем, как острым соусом к мясу, то в отличие от соуса дождь не придает «блюду» особого, пикантного вкуса.

Киссанки, приставленные к Серг властителем острова вздрогнули, шевельнулись, попытались встать с места, но одна что-то шепнула другой, и девушки остались сидеть, безмятежные, равнодушные, как куклы.

В каюте было уютно, тепло, по углям жаровни, стоявшей в центре каюты пробегали синие огоньки, и Сергей с недоверием покосился на архаичное сооружение — как бы не угореть! Да и сгореть просто-таки на раз, если эти самые угли вывалятся на пол.

Конечно, ножки жаровни приделаны к полу специальными захватами, да и бортики высоки, не позволят вывалиться ни одному угольку, но… все-таки опасно.

Сергей, как и все люди технологической цивилизации, испытывал недоверие к таким вот древним способам обеспечить себя хотя бы минимальным комфортом. Но это и немудрено, человек, который почти всю осмысленную жизнь прожил в городской квартире, настороженно относится к открытому огню, ведь он видит его только в туристических походах, да на экране телевизора, рассказывающего об очередном пожаре где-нибудь в ночном клубе.

Или о том, как некий гражданин свел счеты с жизнью, закурив в постели после обильного самогоновозлияния. «Огонь» и «беда» в голове современного человека стали почти синонимами, в отличие от древних предков, для которых пламя очага и безопасность были единым неделимым понятием.

Сергей, будучи опером, однажды выезжал на пожарище — имелись подозрения на то, что мертвец не сам решил вознестись в небеса таким экзотическим для двадцатого века способом, что ему кто-то помог обрести покой в стране вечной охоты.

Так онов конце концов и оказалось — в запекшемся теле покойника обнаружились следы снотворного, а кто-то из вездесущих соседей заметил белые жигули-«классику», тихо-тихо, без огней, отваливавшие от места пожара.