Имперский вор. Том 2

В роскошном лимузине княжна опускает звуконепроницаемое стекло, отделяя нас от водителя, и спрашивает:

– Ну как, князь? Не решили поменять карьеру на свободу?

– Пока нет.

– А как насчёт нашей возможной сделки?

– Ваше высочество! – Я прижимаю руку к груди. – Клянусь вам, как только в мои руки попадёт шерсть химеринга, я принесу её вам.

– И что-нибудь другое если попадёт – тоже мне, – просит она.

– И что-нибудь другое тоже, – обещаю я.

Почему бы и нет? Минуя Марка Абрамовича и аукцион. Великая княжна – так-то отличная клиентка.

– Я рада нашему знакомству. Предлагаю вам свою дружбу, князь! – решительно говорит она.

Почему-то я мгновенно вспоминаю Егора Ильина. Он вот так же, прямо и чётко, предложил нам с Токсином «держаться вместе». Сдерживаю улыбку и киваю:

– Буду счастлив, ваше высочество.

– Анастасия. Можно – Ася. И на «ты».

– Никита.

– Можно – Ник?

– Конечно. Но, ваше высочество…

– Понятно, что только наедине, – улыбается она. – Знаешь, я ведь неплохо знакома с твоими сокурсниками.

– Польщён, ваше… Анастасия.

– Они дети, – фыркает княжна.

– Мне так не показалось, – вру в ответ.

– Да ладно. Палей – клоун. Юсупов – чистый бычок. Львов, конечно, выделяется. Но скользкий, как змея. И манерный очень.

– А Макс Горчаков? – спрашиваю с интересом. Характеристики княжны, конечно, точные… но поверхностные. По крайней мере в отношении Палея.

– А Макс Горчаков… Он меня напрягает. Влюблён, – неохотно делится княжна. – Это приятно, но бессмысленно.

Правильное мнение. Ибо нефиг делать. Такая подруга пригодится самому. Конечно, она с перебором искренняя, пожалуй что взбалмошная, но зато императорская дочка.

– А ты, Ник, мне кажешься взрослым. Думаю, мы сможем быть друг другу полезны. Вот, возьми.

Она лезет в карман штанов и достаёт какую-то цацку на цепочке. Протягивает мне.

Цепочка серебряная, тонкая. А цацка – обычный камешек…

…казалось бы.

Овальная галька с просверленной дырочкой. Но с одной стороны она прозрачна, будто в полый камень вставили стекло. За стеклом слегка мерцает зелёная хрень, вроде бы веточка.

И это артефакт.

Сильный, серьёзный артефакт для мгновенной прочистки каналов. Замена паре часов медитации. И он – не одноразовый.

Никита Каменский отвешивает челюсть, не скрывая этого.

Инквизитор Никрас Борх офигевает, понимая, что ему дарят. Я очень неплохо разбираюсь в артефактах.