Империя Инфернум. Крокус

Я ощутил, как моя плоть набухла, вырываясь из узких штанов императорского камзола. Я подошел к Нирель и коснулся ее напряженных сосков, жадно сжал теплую грудь ладонями. Едва не зарычал, когда она откинула голову и распустила, собранные в прическу волосы. Золотистые слегка волнистые локоны рассыпались по бархатным плечам. Кончики волос касались розовых сосков, витиевато изгибаясь при малейшем движении Нирель. Я отошел на шаг назад, чтобы полюбоваться самой прекрасной женщиной во всем Оливиуме. Ее нежная красота сводила с ума.

Тонкая длинная шея, изящные руки, упругая грудь, тонкая талия, соблазнительный изгиб бедер и стройные ноги. А кожа! Ни один самый дорогой шелк не сравнится со светлой идеальной кожей Нирель. Запах, который она источала, заставлял меня терять голову. И жизни не хватит, чтобы насытиться столь потрясающим созданием. Одна лишь ее улыбка и блеск в глазах пробуждали во мне нежность и дикую страсть одновременно.

Я взял Нирель за руку и повел за собой. Помог войти в глубокую и широкую чашу, наполненную теплой благоухающей водой.

Она медленно легла, раскинув руки, и прикрыла глаза. Я вспомнил тот день, когда цветок не позволил мне сполна насладиться ее телом и ликовал внутри от осознания того, что границ больше нет. Она полностью принадлежит мне, отдается лишь мне, только мои руки касаются прекрасного тела и так будет всегда.

В агонии от одной только мысли, что Нирель моя, я дрожащими руками снял с себя неудобный камзол. Взял мыло со столика и опустился на колени у ее изголовья.

Смочив руки и мыло водой, скользнул ладонями по нежным плечам до сгиба локтя и запястья. Вернулся к шее, плавно обводя ключицу. Коснулся губами мочки уха и прошептал:

– Ты моя жизнь, Нирель. Я всегда буду тебя любить.

Она выдохнула и ее сочные губы тронула едва заметная улыбка. Я накрыл их жарким и глубоким поцелуем. Мыло выскользнуло, опускаясь на дно ванны. Я скользнул рукой по подрагивающему животу все ниже к манящему естеству.

Раздвинул нежные складочки, окунаясь вглубь моей дрожащей от страсти женщины. Она издала тихий стон и схватила меня за затылок. Начала тянуть на себя. Я нехотя вынул пальцы из ее жаркого лона и погрузился в воду, которая расплескалась, выходя из бортов. Навис сверху и смял ее рот жадным поцелуем. Нирель вонзилась ногтями в мою спину, неистово отвечая на поцелуй, впуская мой язык все глубже, обсасывая его губами и касаясь кончиком своего языка.