Империя на марше

- Да, очень понятно! – восторженно подыграл ему я, - но мне почему-то кажется, что мы плывём… то есть проходим сейчас немного не туда. Вон же третий пролёт, справа у нас остаётся, и над ним как раз квадрат виден… или я неправ?

Моряк озадаченно посмотрел вперёд, сдвинул фуражку на затылок и бросил, уходя дальше:

- У нас ошибок не бывает, иди танцуй, мальчик, а в наши судовые дела больше не суйся.

Вот сука какая, сказали мы одновременно с внутренним голосом, а продолжил я один:

- И дальше чо, голос? Ты не молчи, у нас пара минут только до столкновения осталось.

Голос таки помолчал секунд пять, не вняв моему предупреждению, а потом выдал:

- Чо-чо, теперь у тебя один вариант остался, прорываться в рубку и пытаться как-то изменить траекторию судна. Развернуть или затормозить, что сможешь – давай, Сергуня, я рассчитываю на тебя и желаю удачи… - и на этом голос переключил связь в положение «откл»."

"Вот же ты сучара какая, подумал я, пожелать успеха и цирковой ослик сможет, а ты пойди и добейся этого успеха не на пустых словах… ну да делать нечего, надо прорываться в рубку.

Где тут у них лестница-то? Ага, вот кажется… цепь с замком, это ерунда, один прыжок и я уже наверху, рядом с дверью. Она конечно же заперта, дёргай-не дёргай ручку, один хрен бес толку… ну постучим что ли – внутри всё ярко освещено и виден только рулевой матрос, по всей вероятности тот самый Уваров, обернулся, вопрошающе смотрит на меня. Я сделал умирающий вид, ногтями правой руки ухитрился расцарапать себе левую руку, так что кровь выступила, и показал это рулевому. Тот пожал плечами и показал рукой вниз, туда мол иди со своими травмами, а здесь тебе делать нечего…

Блин, облом за обломом, как в известном романе Гончарова – не откроет ведь он дверь, у них поди это строго запрещено, посторонних пускать в рубку. Что теперь-то… а мост вот он, метров двести-триста осталось… а, ладно, выбиваем стекло… вот это вроде не очень хорошо закреплено, слева от входа, саданул по нему ногой, с первого раза не вышло, ещё разок – посыпались стёкла, надеюсь ногу я себе не пропорол, этого только недоставало для полноты ощущений.

А рулевой тем временем лихорадочно что-то наговаривает в переговорную трубку, ясен пень сообщает о нештатной ситуации на мостике, так что времени у меня остаётся минута, не больше. Убираю крупные осколки из рамы, хватаюсь за какой-то поручень вверху, прыжок и я внутри. Ещё прыжок и я рядом с матросом Уваровым.