Империя бурь

Выслушав вопрос Эдиона, она запустила пятерню в мокрые волосы и нахмурилась:"

"– Ко мне иногда приходили мужчины, потерявшие жен или любимых. Им хотелось не столько развлечься, сколько отвлечься. Меня они считали противоположностью своих любимых женщин. Кто-то хотел подвести черту под прежней жизнью. Через что прошел Дорин… тут бы каждый изменился. Не удивлюсь, если его потянуло к опасным созданиям.

– У него и раньше была тяга к ним, – пробормотал Эдион, кивнув в сторону верхней палубы.

Там Аэлина и Рован упражнялись на мечах.

Предвечернее солнце золотило их блестящие от пота лица. Дорин сидел на ступеньках, ведущих на ют, зажав между ногами Дамарис. Глаза молодого короля были полузакрыты. Казалось, он разморен жарой. Эдион подавил улыбку, догадываясь, что Рован уже вправил королю мозги.

– Аэлина бывала опасной, но она – человек, – сказала Лисандра. – Манона – существо иной породы, лишь внешне похожее на женщину. Дорину это нравится. На твоем месте я бы вообще туда не встревала.

– Не волнуйся, я туда и не собираюсь встревать.

Хотя на месте Дорина я бы следил, чтобы железные зубки ненароком не оказались вблизи главной мужской части.

Лисандра засмеялась.

– И потом, – продолжал он, – мне хватило утреннего спектакля. Аэлина так накинулась на ведьму из-за Элиды, что всякое желание вмешиваться улетучилось само собой. Такие сцены лучше смотреть издали.

Кто бы мог подумать! Маленькая Элида Лошэн уцелела в те страшные дни. И теперь она разыскивала свою королеву, держа путь в далекий Террасен. Надо было видеть лицо Аэлины, когда Манона рассказывала все новые подробности обращения Варнона с несчастной девчонкой…

Что ж, Перрант ждет другой спектакль.

Эдион решил, что лично повесит Варнона на его собственных кишках и, пока мерзавец еще дышит, воздаст ему за все десять лет ужаса, пережитого Элидой. Самозваный правитель Перранта получит за ее покалеченную ногу, за цепи. И конечно же, за башню.

Эдион столько раз бывал в Перранте, но даже вообразить не мог, что где-то рядом томится несчастная Элида.

Наверное, она даже видела из зарешеченных окон, как легион Беспощадных входил и выходил из города. Может, она думала, что Эдион тоже забыл о ней или ему безразлична ее судьба.

И теперь Элида шла в Террасен. Одна.

Хромая, безоружная, неспособная за себя постоять. Если ей повезет, она набредет на его легион. Командиры вспомнят ее имя, и тогда она окажется под защитой. Конечно, если расскажет, кто она такая.

Эдион с большим трудом удержался, чтобы не задушить Манону.