Империя бурь

А у него даже мысли не возникло проверить внутренность красивой безделушки. Поверил, что там действительно лежит Ключ Вэрда.

Тогда какую же штучку несет Элида и почему от этого «подарка» шли странные волны? Не всё сразу. Эти мысли он оставит на потом. У него еще будет время решить, как поступить с госпожой Лошэн.

Хорошо еще, что он сумел вернуть кольцо Мэлы. А настоящий Ключ остался у этой суки. А поскольку Элиде обязательно нужно добраться до Аэлины… Что ж, он устроит им встречу.

И перед своей кончиной королева Террасена еще поползает перед ним.

Глава 44

Мир начинался огнем и им же заканчивался.

Целое море огня, где не было места ни воздуху, ни звукам. Только потоки расплавленной земли. Истинное сердце огня – орудия созидания и разрушения. И она тонула в этом море.

Она не ощущала собственного веса. Ее кружило, швыряло из стороны в сторону. Она пыталась достичь дна или выбраться на поверхность, но ни дна, ни поверхности не было.

Огонь наполнял ей горло, проникал внутрь, расплавляя все, из чего она состояла.

– Аэлина!

Имя прогремело в самой сердцевине пламени, сокрытой в самом сердце мира. Имя было маяком, призывом. Она родилась и долго ждала, чтобы услышать этот голос. Она вслепую искала его всю жизнь и была готова идти на зов до самого конца.

– Аэлина!

Она свесилась с кровати. Огонь пылал у нее во рту, в горле, в глазах. Настоящий огонь.

В мерцающие красные пятна стали вплетаться золотистые и голубые нити. Настоящий огонь успел сжечь постельное белье и частично опалить кровать.

Руки, покрытые льдом, стиснули ее плечи. За танцующими языками пламени она увидела сердитое лицо Рована. Он требовал, чтобы она дышала.

Она вдохнула, но вместо воздуха в горло снова попало пламя.

Не было таких вожжей и цепей, позволяющих обуздать ее магию. Боги милосердные, она обжигалась и даже не чувствовала боли.

Рован обхватил ее лицо. Там, где лед соприкасался с огнем, поднимались струи шипящего пара.

– Ты – Повелительница огня. Ты им управляешь. А страх позволяет ему взять верх над тобой.

Аэлина еще больше изогнулась, почти падая с кровати. Она была совсем голой. Одежду на себе она попросту сожгла, в том числе и любимую рубашку Рована. Ее пламя не уменьшилось, а вспыхнуло еще сильнее.

Рован схватил ее за руку, заставив смотреть в глаза.