Империя бурь

Лицо превратилось в сплошную гримасу злости. Схватив шест (вероятно, чтобы не дать рукам задушить Элиду), он приблизился к ней и спросил:

– Что за вещь ты носишь с собой?

Вся его злость, требовательный тон и презрительное отношение произвели обратное действие. Элида не сжалась от страха. Ярость, охватившая ее, была холодной. Таким же холодным и ядовитым был ее вопрос:

– Почему бы тебе не перерезать мне горло и не посмотреть?

Ноздри Лоркана раздулись.

– Я не требую, чтобы ты мне верила. Но от этого поганого лодочника так и разило намерением предать нас при первой же возможности.

– Зачем ты мне это говоришь?

– Если тебя так взбудоражило, что я убил этого вонючего предателя, не представляю, как ты сумеешь полюбить свою королеву.

Элида растерялась. Как это понимать? Лоркан намекал, что Аэлина – еще большее чудовище, чем он?

– Ты про что говоришь? – не выдержала Элида.

Приступ его гнева ослаб, или же Лоркан посадил свою злость на цепь.

– Я тебе кое-что расскажу… Селена Сардотин – двадцатилетняя женщина, именующая себя самым лучшим в мире ассасином.

Лоркан презрительно фыркнул:

– Она убивала, наслаждалась своим ремеслом и двигалась по жизни, не испытывая ни раскаяний, ни угрызений совести. Она купалась в своей славе. А ранней весной ее неизвестно каким ветром занесло к нам на Вендалин. Одному из моих подчиненных – принцу Ровану из клана Боярышников – было приказано разобраться с нею. Но вместо этого Рован в нее влюбился, а она – в него.

Он хищно улыбнулся:

– Она вновь стала Аэлиной Галатинией.

Элида обмерла.

– Что? – только и могла произнести она.

– А то, что твоя огнедышащая королева одновременно является и непревзойденной убийцей. Ее этому начали обучать вскоре после того, как твоя мать погибла, защищая вашу королеву. Аэлину… или Селену… обучали тому же отвратительному ремеслу, каким владели убийца твоей матери и убийцы вашей королевской семьи.

Элида замотала головой. У нее тряслись руки.

– Что? – снова спросила она.

Лоркан невесело рассмеялся:

– А то, госпожа Лошэн, что, пока ты десять лет томилась в башне, она жила в Рафтхоле, не отказывая себе ни в чем. Ее хозяин – предводитель ассасинов – баловал ее и буквально пылинки с нее сдувал. Нынешней весной, ближе к лету, она хладнокровно его убила. Можешь мне не верить.