Империя бурь

Сначала террасенская королева, потом этот сердитый генерал. Они ее о чем-то расспрашивали. Кажется, об Элиде.

Но Маноне было не вырваться из забытья. Не хотелось ни думать, ни говорить. Хорошо еще, что ее тело могло дышать без усилий воли.

И тем не менее мысли иногда ее посещали. Прежде всего, о ее Тринадцати. Если они живы… Манона вдруг поняла, что сомневается в этом. Иначе она бы не умоляла Дорина Хавильяра разыскать ее отряд. Она бы охотно отдала свой меч за любые сведения об отряде.

Вот только захотят ли они служить ей после всего, что узнали? Ей, крошанской полукровке.

А ее родители… оба убиты бабушкой. Они обещали подарить миру «дитя мира». Но бабушка сделала из нее исчадие войны.

Водоворот мыслей отнимал ее силы, приглушал звуки и краски. Манона просыпалась, когда тело напоминало о своих потребностях. Ела, когда видела оставленную еду. А потом снова погружалась в тяжелый, бессмысленный сон.

Иногда ей снилась трапезная на Омаге. Манона ощущала на руках и во рту кровь своей сводной сестры. В другом сне она видела себя взрослой ведьмой, а не девчонкой, какой была в то время.

Она помогала бабушке издеваться над красивым бородатым мужчиной, умолявшим отдать ему дочь. Отдать ее. Приятнее всего были сны о просторах, покрытых сочной растительностью. Западный ветер пел ей песни о древней родине.

Порою ей снилось, что в каюте, поигрывая хвостом, сидит громадный пыльно-серый кот. В другом сне она видела белого, ехидно скалящегося волка. Появлялся и золотистый горный лев с удивительно спокойными глазами.

Манона думала, что кто-то из них перекусит ей глотку. Она даже хотела этого. Но звери лишь наблюдали за нею.

А Манона Черноклювая спала и продолжала видеть свои странные сны.

Глава 43

Спустя три дня после нападения илков Лоркан продолжал удивляться себе. Тот городишко остался далеко позади, но страх, повисший над труппой лицедеев, не исчезал. Он висел невидимым, но вполне осязаемым покрывалом, сопровождая повозки.

Свидетелями побоища были только Нирк и Омбриела. Остальные или не особо раздумывали над случившимся, или просто не понимали, как уцелели.

Илки – не свора бешеных псов. Смертным было почти невозможно убить даже одного, не говоря уже о четырех. Нирк и Омбриела старались не попадаться на глаза Лоркану и Элиде. Только вечером, у костра, Лоркан ловил на себе их настороженные взгляды. Они все еще пытались понять, кто же он такой.

Элида тоже сторонилась Лоркана. Все эти ночи шатров не ставили, да и время ночлега было короче обычного.