Империя бурь

Самец всплыл с разинутой пастью, готовый одним движением перекусить Лисандру пополам. Она взмыла в воздух, уже не столько зеленая, сколько красная от крови. Самец выпрыгнул следом. Его пасть оставалась разинутой.

Потная ладонь Эдиона надавила спусковой рычаг арбалета.

Возможно, самец и осуществил бы свой маневр, если бы в его разинутую белую пасть не влетела стрела, пробив ее насквозь.

Хлынула черная кровь. Округлив глаза, самец отпрянул.

Лисандра шумно плюхнулась в море; взметнулся огромный столб воды и скрыл ее и раненого самца.

Когда вода успокоилась, на глубине просматривалась одна громадная тень, а по поверхности растекалась лужа черной крови.

– Ты… ты… – бормотал очумевший караульный.

– Заряжай вторую стрелу, – приказал Эдион, продолжая вглядываться в пузырящуюся воду.

Где же она? Где Лисандра?

Тот же вопрос задавала себе Аэлина, сидя у Рована на плечах.

Затем из воды появилась зеленая голова, густо перемазанная черной кровью. В зубах Лисандра держала откушенную голову самца, которую тут же отшвырнула подальше.

Город и рифы взорвались оглушительными приветственными криками.

Эдион уже несся по лестнице вниз – к берегу, куда теперь плыла Лисандра. И опять за нею тянулась красная кровавая полоса.

Ее движения были медленными. Чувствовалось, каждое причиняет ей боль.

Башню отделяла от берега небольшая рощица, мешавшая Эдиону видеть Лисандру. Он побежал, перепрыгивая через корни и валуны. Фэйское чутье позволяло не глядеть под ноги. Вскоре суглинок сменился песком, деревья расступились, и Эдион увидел выбравшуюся на берег Лисандру.

"Караульные опустили цепь. Корабли спешили выйти из залива: подобрать своих и добить чужих.

Краешком глаза Эдион видел, как Аэлина и фэйцы попрыгали в воду и теперь изо всех сил плыли к берегу.

Эдион опустился на колени. Влажный от крови песок заставил его содрогнуться. Чешуйчатая голова зеленого дракона величиной была почти с него, но ее глаза… эти зеленые глаза такого же цвета, как чешуя…

Усталые.

Эдион протянул руку. Лисандра оскалила зубы и тихо зарычала. Тогда он поднял обе руки и отступил.

Сейчас на него смотрела не женщина, а морской дракон, сущность которого почти поглотила человеческую. Останься она человеком в зверином теле, ей было бы не уцелеть.

Драконье тело сплошь покрывали раны, ранки и царапины. И отовсюду капала кровь, уничтожая белизну песка.

Рован или Аэлина могли бы ей помочь.