Империя бурь

"

"А потом Рована словно подменили. Он был готов убить Лоркана, нырнуть в смертельно опасную бездну, только бы спасти принцессу, не имевшую ни трона, ни даже прав на трон.

Помнится, они с Рованом тогда сцепились невдалеке от крепости Страж Тумана. Принц извивался как угорь, выкрикивал имя Аэлины Галатинии и утверждал, что все должно измениться. Лоркан понял: прежнего Рована он потерял навсегда. Никогда уже им вместе не бражничать и не охотиться за красивыми женщинами. Теперь Рован всегда будет смотреть на морскую даль с тоской и непонятным Лоркану блеском в глазах.

Любовь сломала безупречное живое орудие убийства. Сколько же веков понадобится Лоркану, чтобы перестать злиться по этому поводу?

А эта Аэлина… принцесса или королева, как бы она себя ни называла… Она оказалась просто дурой. За кольцо Атрила Маэва дала бы ей мощную армию. Возможно, поддержала бы, дабы стереть Морат с лица земли. Даже не зная, чем является это кольцо, Аэлина могла бы использовать его с большой выгодой для себя.

Но она выбрала Рована.

Оба не заслуживали ничего, кроме гибели.

Из шатра высунулась мокрая голова Маурины. Все остальное скрывало толстое шерстяное одеяло, из которого она соорудила себе нечто вроде халата.

– Отнеси это в стирку, – сказала Маурина, бросив ему сверток.

В рубашку она натолкала кожаные штаны и нижнее белье. А сушить где прикажешь? До утра это явно не высохнет. И стирать нужно бережно, иначе одежда сядет так, что не натянешь.

Лоркан нагнулся за свертком. Ему очень хотелось заглянуть в шатер и узнать, чтó же Маурина спрятала под подстилку.

– А кто будет тебя караулить? – усмехнулся он.

Мокрые волосы, прилипшие к лицу, только подчеркивали скулы Маурины и ее изящный носик. Но после мытья в горячей воде в глазах снова появился блеск и губы опять стали похожи на розовый бутон.

– Пожалуйста, поторопись, не то там разберут всю горячую воду.

Лоркан не стал напоминать Маурине, что она остается одна и в полуголом виде.

Через полчаса он вернулся в шатер, принеся тарелку с большой порцией жаркого. Маурина сидела на подстилке, завернувшись в одеяло и вытянув ноги. Ее кожа была неестественно бледной. Не белой, а именно бледной. Казалось, ее постоянно держали взаперти, не выпуская на солнце.