Империя

Горнострелковая бригада численностью в две тысячи шестьсот штыков собиралась атаковать войсковую группировку численностью около тридцати пяти тысяч человек. И такое соотношение было по всему фронту. Безумие! Но это был единственный шанс. Когда спутники засекли лихорадочную активность противника, догадаться, к чему она приведет, не составило особого труда. И перед имперским командованием встал вопрос — как реагировать на угрозу."

"Имеющихся войск явно было недостаточно, но хуже всего было то, что положения не поправила бы и переброска в Монголию всех наличных резервов, поскольку, судя по темпам строительства дорожных сооружений и наращивания перебрасываемых сил, противник явно собирался сделать это направление направлением главного удара.

А с этой стороны граница Империи не была прикрыта укрепрайонами. Учитывая, что темпы переброски ежедневно нарастали, командованием группировки имперских войск было принято решение — атаковать противника, не дожидаясь прибытия подкреплений. Ибо каждый день промедления еще сильнее менял соотношение сил в пользу противника…

Атака началась тихо и как-то буднично.

Просто в наушниках негромко дилинькнул тон-вызов, показывающий, что предстоящее сообщение пойдет в эфир циркулярно, а затем такой же негромкий и усталый голос комбрига произнес:

— Первая линия — вперед.

И в то же мгновение Борька почувствовал легкий озноб — это инфразвуковые генераторы скачком вышли на пиковую мощность.

Первые выстрелы послышались минут через пятнадцать… сразу после того, как приказ на выдвижение поступил и им тоже.

Все это время Борька терзался сомнениями, сможет ли он воткнуть матовый трехгранный штык в живое человеческое тело. Хотя сегодняшний бой был для него уже третьим, до сего момента он мог записать на свой счет всего одного убитого, да и того с большой натяжкой, поскольку они с Баблом выстрелили одновременно. И, насколько Борька помнил, перед этим его тоже грызла мысль: каково это — убить человека? И каким он сам станет, совершив убийство, останется ли прежним? Короче, полностью отдал дань извечной рефлексии русского интеллигента (а кем еще прикажете себя считать после двух лет обучения на филологическом факультете МГУ?). Оказалось — ничего особенного. Вскинул ствол и резанул очередью, отчаянно моля всех богов и чертей, чтобы попасть первым, и дюжий китаец, комплекцией походивший на русского деревенского кузнеца, вскинул тяжелые, крупные кисти и запрокинулся на спину.