Империя

Чем они все это время и занимались, на словах выражая подполковнику самую искреннюю благодарность, но жестами, взглядами исподтишка, вздохами и иными средствами из арсенала невербального общения формируя у него убежденность, что именно он тем или иным образом подтолкнул Ярославичева на этот опрометчивый поступок, который вполне мог стоить ему жизни. К тому же вариант с каким-нибудь заявлением со стороны подполковника был нежелателен по одной причине — он повышал вероятность того, что какая-нибудь особо недоверчивая личность из числа имеющих прямой либо косвенный доступ к государственным тайнам (скажем, журналист, имеющий свои «прикормленные» источники в спецслужбах и властных структурах), заинтересуется, а кто такой этот подполковник Постышев и чем это он занимается? Филипп кинул еще один быстрый взгляд на съежившегося подполковника и, сделав едва заметное движение глазами, которое, однако, все поняли абсолютно правильно (оно означало, что их с подполковником надо оставить одних), направился к нему.

— Виктор Андреевич, я могу попросить вас уделить мне пару минут?

Тот нервно дернулся:

— Да-да, конечно. — И тут же пробормотал: — И почему я его послушался и не дал команду убрать того урода…

Филипп дружески стиснул его пальцы:

— Оставьте, не казните себя, Его Высочество оказывает на людей такое действие, что все мы готовы совершать любые, даже самые абсурдные поступки, если на то будет его желание.

Постышев вскинул глаза на Филиппа:

— Нет, я должен был…

Да, пожалуй, процесс самоуничижения надо было прекращать, а то он мог привести к весьма неприятным последствиям вплоть до самоубийства.

— Перестаньте, вы сделали очень много. Все мы настолько ценим ваше участие в судьбе Его Высочества (эти слова за последние несколько дней были уже столько раз произнесены вслух разными людьми, причем на фоне абсолютно противоречащих им невербальных сигналов, которые подполковник был способен воспринимать только на уровне подсознания, что Постышев дернулся, как от пощечины, и втянул голову в плечи), что посчитали совершенно обоснованным ваше желание находиться все это время здесь, рядом с ним.