Империя

Лейла почти физически ощутила, какие мысли крутятся у него в голове: «Ай, сладкая… сейф закрыт, ключи — у нас, пусть ночует, а там глядишь и приручим, приласкаем… ай, хороша». Так что не прошло и десяти минут, как она наконец осталась в желанном одиночестве.

Переодевшись в халат, она умылась в туалете и, подойдя к охраннику, окинула его ласково-отстраненным взглядом, от которого по его спине забегали мурашки:

— Будешь подглядывать — яйца оторву. Понятно, милый? — сказала она таким голосом, от которого тот испуганно дернулся и его лицо, на левой половине которого до сих пор не прошла краснота от ее оплеухи, мгновенно выровнялось по цвету.

— Понятно, — выдавил он.

Лейла развернулась и двинулась по коридору совершенно не женственной походкой, наклонив голову вперед и быстро перебирая ногами как-то вбок, по-лыжному, словно жилистый, злобный мужичонка, и это окончательно вышибло из головы охранника всякие сексуальные мысли. Все-таки умение правильно двигаться — великая вещь.

Закрыв дверь, Лейла окинула кабинет взглядом. В кабинете было четыре окна. Окна были маленькие (ну еще бы, ведь окна — основной путь теплопотери любого помещения), а вот занавески здесь, как это часто бывает в присутственных местах, заменяли короткие гардины. В принципе, это было не так уж страшно, оконные стекла были затянуты тонкой сеткой морозных узоров и рассмотреть снаружи, что происходит внутри, было затруднительно. Но Лейла решила не рисковать и занавесила окна халатом и полотенцами.

Сейф, представлявший собой огромный металлический шкаф с противопожарной засыпкой производства пятьдесят последнего года, сдался через полторы минуты. И неудивительно, потому что исполнительная часть замка была так изношена, что при желании его можно было открыть гаечным ключом.