Император Пограничья 3

Тогда мне пришлось в одиночку заплатить всю энергетическую стоимость ритуала — 150 капель, потому что юрист не имел магического дара. А вот с Черкасским и теперь с Фадеевым всё иначе — затраты делились между нами, каждый расходовал примерно по 75 капель энергии.

Когда последние слова были произнесены, между нашими сплетёнными руками вспыхнула голубоватая вспышка, запечатлевая договор. Фадеев тяжело дышал, как после долгого бега. Клятва выпила его силы куда сильнее, чем мои — сказывалась разница в магических резервах.

— Что… что стало с моим человеком? — спросил он, когда снова смог говорить.

— Он пострадал за попытку воровства, — ответил я спокойно. — Забудь о нём. Теперь его судьба в моих руках. К утру вы должны покинуть пределы Угрюмихи.

Гораздо удобнее было бы, конечно, вернуть Черкасского торговцу, чтобы тот обеспечил транспортировку двойного агента обратно к Демидовым, но дальнейший контакт Тимура с Аристархом мог всё испортить. Ведь купец вполне мог захотеть расколоть моего нового человека или вовсе отыграться на нём за доставленные неудобства.

Фадеев понятливо кивнул, на его лице читалось облегчение — он благодарил судьбу, что остался жив и легко отделался.

— И помни, — добавил я с нажимом, — ты не имеешь права рассказывать кому бы то ни было обо всём, что произошло в деревне. Ни единой живой душе. Иначе клятва убьёт тебя.

Купец болезненно сглотнул и побледнел ещё сильнее, хотя казалось, что это уже невозможно.

— Понял, господин воевода.

Я кивнул, удовлетворённый его реакцией, и перешёл к следующей части своего плана.

— А теперь давай поговорим о делах более приятных, — мой тон смягчился. — Теперь, когда между нами есть определённое… взаимопонимание, мы можем наладить нормальное сотрудничество.

— Сотрудничество? — в голосе Фадеева появились заинтересованные нотки.

— Именно. Ты ведь торговец, и я уверен, у тебя есть связи и возможности доставать ценные ресурсы и товары, — я поправил рукава рубахи. — Время от времени мне может понадобиться кое-что, что сложно найти в Пограничье.

На лице купца отразилось понимание, а затем — проблеск надежды. В этом мире, как и в любом другом, деньги оставались универсальным языком.

— Конечно, господин воевода! — он заметно оживился. — У меня обширные связи во всех окрестных княжествах. Я могу доставать практически любые товары, от редких тканей до специй и металлов.