Имя ей Хель

– Знаю, – равнодушно отозвалась Лето, снова схватилась за верёвку и потащила тело. – Если бы его не убила ты, его убил бы кто-то другой. А если бы Роан решил отказаться от сделки, его убила бы магия. Из таких сделок только фейри выходят победителями.

– Что значит – убила бы магия?

Лето снова ухмыльнулась.

– Да, Роана он об этом тоже не предупредил.

С этими словами она вытянула тело из столовой, а когда я доковыляла до двери, за которой она скрылась, чтобы задать следующий вопрос, в коридоре никого не было. Магия снова окутала замок, скрывая от глаз незваных гостей всё, что те не должны были видеть.

Я твердила это себе снова и снова, но не находила успокоения. Голова кружилась, плечо ныло всё сильнее, и пульсация от этой боли расходилась по всему телу, подсказывая, что если я не найду помощь, то убьёт меня вовсе не магия, не мерзавец Дугал, а гниющая рана. Я шла медленно, то и дело останавливаясь, чтобы передохнуть, но всё же выбралась на улицу. Конь приветственно уткнулся мне носом в ладонь и фыркнул, учуяв кровь на запястье.

– Ладно, давай попробуем ещё разок. – Я кряхтя встала и схватилась за седло.

– Хель?

Я вздрогнула и обернулась.

У ворот стоял запыхавшийся Хоук. Растрёпанный, взбудораженный, как после быстрой поездки верхом.

В мгновение ока он оказался рядом и заключил меня в объятия.

– Ты ранена.

– Да.

Он поцеловал меня. Быстро, не дав опомниться. И в этом поцелуе не было ничего общего с предыдущими двумя: он был лёгок и нежен, но вместе с исцеляющей силой Хоука, вместе с его заботой и лаской, в меня хлынули страх, ненависть и всепоглощающий гнев. Горный поток магии кипел и бурлил, обжигая меня изнутри. Хоук сгорал от ярости.