Их пленница (СИ)

Я наклонилась к Леонарду, черство рассматривая его застывшими глазами.

— Что ты знаешь? Говори, или, клянусь, тебе не жить.

Глава 26

— Мне не жить? — прошипел он. — Испугала!

Дрожащей рукой Леонард убрал волосы с лица.

Кость вокруг левого глаза была смята в кровавое месиво. Удар был такой силы, что снес кость и содрал кожу. Удар оборотня. Он жив только благодаря тому, что сам не человек.

Что волк сделает против львов? Станет обедом.

И Леонард это знал.

А еще мы оба связаны с «Авалоном» и видели друг друга со львами, врагами моих мальчиков.

Я знаю Леонарда. Он будет топить меня изо всех сил, чтобы спастись самому и задобрить львов. Сам про себя говорил: шкура продажная. Одного он не мог им предложить — заменить в постели меня. Вернее, мог, но вряд ли они польстятся. У меня преимущество?

— Леонард, — ровно сказала я. — Если что-то знаешь… Я помогу, только не лги.

Я едва сдержалась, чтобы не начать его уговаривать.

Я изменила тактику, но Леонард не купился. Ощерился, выставив изменившиеся зубы. Крупные клыки блеснули в лунном свете. Не так страшно, как могли бы — это был оскал шавки, загнанной в угол.

— Расскажи ей, — глубоким, низким голосом велел отец.

Лев ходил у него за спиной. Слева направо, словно был в клетке, только здесь решетки нет. Волк отлично это понимал.

Он косился назад, пытаясь держать хищника в поле зрения.

— Ты сначала скажи, что здесь делаешь, Оливия? — слегка едковато спросил он, но на меня по-прежнему не смотрел.

Мне Леонард никогда не нравился. Скользкий, хитрый, неприятный. Его второй сущности больше бы подошел шакал, чем волк. Хотя и так небольшая разница. Еще меньше он нравился мне теперь. Не просто же так его сюда притащили?

— Как ты оказался на работе в «Авалоне»? Ты же терпеть их не мог… Копал под них.

Леонард усмехнулся, мимика была дерганной, как у приговоренного к смерти.

— А чего нет-то? Думаешь, только тебе прикольно парням лизать? Я тоже хочу.

Я скривилась. Нет, то что у Леонарда гнилая сущность, я знала. Позади зарычал лев, и тот отклонился подальше от оскаленной, хватающей воздух клыками, пасти.

— Ладно, все! Я их шантажировал.

— Шантажировал? — переспросила я.