Их двое

Я ставлю кружку на место, разворачиваюсь, улыбаюсь язвительно:

– Надо же, мелочность какая… А ничего, что вода из моего колодца? Может, еще спичками померимся? У меня тут пара коробков завалялась…

– Давай все же внесем коррективы в наши устные договоренности, – предлагает Кот, рассеянно перечитывая расписку и передавая ее Егерю, – у нас есть мясо, фрукты и свежие овощи. У тебя, наверняка, крупы, всякие, там, специи и прочее… Давай объединимся, Анастасия? И не будем делить продукты… А то и в самом деле… Мелочно как-то получается…

Я раздумываю, но недолго… В конце концов… Да фиг с ними, это же всего на пару дней… Надеюсь.

Или даже раньше, если быстро починят связь.

– Хорошо, – киваю степенно, – но готовить я не буду.

– Блять, понятно, почему ты не замужем в свой тридцатник, – хмыкает Егерь, осматривая меня своим жутким тягучим взглядом, – мало того, что характер – дерьмо, так еще и готовить не умеешь…

Ах ты, тварь! Нет, все же зря я пошла им на уступки! И сумма моральной компенсации явно мала!

Кот, поймав мой взгляд на расписке, торопливо забирает ее у приятеля и быстро расписывается.

– Все, мы же договорились? Все.

Егерь хмыкает и тоже подписывает.

А я, выдохнув и решив не опускаться больше до тупых разговоров их уровня, забираю бумагу со стола, аккуратно убираю в карман джинсов и иду к лестнице.

– Если есть какие-то вещи ваши в комнате наверху, то забирайте сейчас.

Иду наверх, меня догоняет Кот, топает следом, отставая на две ступеньки. И его взгляд на своей заднице я ощущаю очень даже хорошо.

Злюсь, стараясь не ускоряться, не показывать свой напряг, захожу в комнатку, тут же разворачиваюсь, чтоб встретить врага лицом к лицу.

И неожиданно упираюсь в широкую грудь, упакованную в свободную рубашку. Ворот расстегнут на несколько пуговиц, и видна темная поросль и какая-то татуха, переходящая лучами на шею.

Дыхание перехватывает, делаю шаг назад, упираюсь икрами в край кровати и чуть не падаю.

В последний момент Кот подхватывает меня за локоть, держит.

– Ты чего, Анастасия? На ногах не стоишь… – его голос урчит прямо по-блядски, другого слова не подберешь. Так, что волоски по всему телу поднимаются, словно электризуясь и торкая меня малым разрядом электричества.

Резко выдираю локоть, одновременно сдвигаясь в сторону, шиплю презрительно:

– А не надо так близко подходить.