Игрушка олигарха

Просто в шоке.

Я даже не могла спокойно стоять на месте, хотелось лезть на потолок. Как он не понимал? Внутри себя я орала от боли и злости. Он изменял мне! Он трахал свою бывшую, а мне говорил всякие нежности и делал все, чтобы я влюбилась в него. Зачем же так жестоко? И что теперь мне со всем этим делать? У Надежды будет ребенок от

Димы. Он же не откажется от него, не бросит. И даже если не захочет жениться на Наде, то они двое будут связаны до конца жизни. А какой ролью он наградит меня? Вечная любовница? Девочка по вызову? Игрушка на пару лет?

Сотни мыслей крутились в голове, но озвучила я единственную:

- Это конец, Дима.

- Не хрена, - произнес он все тем же спокойным тоном. Да только я уже слишком хорошо его знала, чтобы понять, что он готов слететь с катушек в любую секунду. И я хотела увидеть хоть какие -то проблески его эмоций, хоть каплю сожаления и отчаяния.

- Это меняет все, - сказала, как отрезала. - И я просто... Лишняя здесь. Ты с Надей... А я...

Рогозин стиснул зубы и весь напрягся.

"Ему под руку попалась ваза, и он швырнул ее в стену, отчего по комнате разлетелись осколки. Я вздрогнула и отошла подальше, не зная, чего еще ожидать от этого психа. Хотела эмоций? Получай!

- Ты можешь, мать твою, просто выслушать меня? - заорал он. - Я же пытался объяснить. Мля!

Он вздохнул и сделал ко мне шаг. Я послала ему предупреждающий взгляд и сама разозлилась. Как же, только ему можно?

- А что ты мне объяснишь, твою мать, а? - в тон ответила я.

Он ступил еще шаг, пиля меня взглядом. Но тут уж я просто вскипела и заорала на всю:

- Какой срок? Когда это произошло? Сколько раз? Может быть, ты день со мной, день с ней? Черт, Рогозин, а ведь это могла быть я! Ты же далеко не всегда предохраняешься. А прикинь, вообще бы две одновременно! Это я еще о других не знаю. Может ты на вечеринке и еще какой -то дуре ребенка заделал.

- Не беси меня, Юля.

- Да мне уже плевать! - проорала я ему в лицо. - Ты все уничтожил. Боже, а я ведь реально верила, что ты хороший. Я в тебя верила, понимаешь? Перед мамой тебя защищала.

Он схватил меня за плечи и встряхнул.

- Я говорю, ты слушаешь, - в приказном порядке заявил Рогозин и прижал меня к стене. - К этой овце я не чувствую ни капли уважения или сочувствия. Ее попытки меня соблазнить скорее веселили.