Любовь до востребования

А потом новая атака и тут уже – кто кого. Максим явно сильнее и опытнее, но Валерию нечего терять, поэтому он дрался, не жалея себя, будто хотел, чтобы альфа его прямо там, в яме и прикончил. И он почти, да Оля позвала.

А потом волк бежал по коридору и умирал одновременно от страха за жизнь и здоровье женщины, и от счастья, что несёт её на руках. При мысли, что он мог не успеть, что Валерий, будь поопытнее, смог бы убить волчицу в первую же секунду, его обдало таким ужасом, что даже в глазах потемнело. И Максим, первым делом убедившись, что волчица в относительном порядке и прямо сейчас умирать не собирается, от облегчения и пережитого ужаса принялся выговаривать Ольге – почему она не перекинулась?

Волчица за словом в карман не полезла, и вместо примирения, они наговорили друг другу лишнего.

А потом её унесли, и он сутки ходил вокруг больницы, пока Оля спала, махнув рукой на суд и попытки Андрея вернуть его в зал.

На Верховного он был так зол, что видеть его не хотел. Это же надо – притащить потенциального убийцу – и не наложить на него полное подчинение!

Оказывается, Верховный хотел, что бы все оборотни видели – расследование велось с соблюдением закона, и свидетель, он же соучастник, даёт показания почти добровольно.

Почти, потому что какое-то воздействие Андрей оставил - на манер электрошокового ошейника, что надевают на непослушных или агрессивных собак. Казалось бы, этого достаточно, чтобы Валерий не наделал глупостей, но не учли, что волк загнан в угол. По сути, он уже приговорён. А раз нечего терять, то отчаянье и злость толкнули оборотня на новое преступление.

Нет, им с Андреем сейчас лучше не встречаться! Хорошо, что в этот приезд он – как чувствовал! – решил остановиться в гостевом доме, а не у Верховного.

Пошёл второй день пребывания Оли в стационаре, и он, измученный и уставший, на пару часов покинул больницу – принять душ и переодеться. Наскоро приведя себя в порядок, уже стоя перед дверью, Максим вспомнил о фигурке, которая так и лежала в чемодане. Вернулся и задумался – не нести же её так, в кармане? И волк потратил ещё полчаса, чтобы найти подходящую упаковку, оббегав несколько магазинов.

Пусть Оля откроет коробочку в одиночестве, это слишком личный подарок. Может быть, она почувствует то же, что чувствовал он сам, когда работал над статуэткой?

Летел, как на крыльях, но в фойе встретил молодого волка, который пробивался к Леванцевой, во всё горло доказывая, что он – её жених, а значит, тоже родственник. Обязаны пропустить.