Любовь до востребования

Её мужчина! Самый-самый!

Не сдержавшись, вскрикнула от острого наслаждения, вонзив частично трансформировавшиеся когти в простыню.

- Э-э, нет! Не так быстро! – Андрей одним движением перевернул жену на четвереньки, подсунув ей под живот подушку, нагнулся над ней, поцеловал в шею, прикусил, обвёл метку языком. Проложил дорожку поцелуев вдоль позвоночника, продолжая одной рукой ласкать груди женщины.

- Андре-ей! – Таня призывно качнулась назад. – Не могу больше!

- Можешь! – волк продолжил ласки, качая самку на волнах удовольствия, подводя её к краю и тут же отступая.

За эти годы он изучил тело Тани лучше, чем своё собственное, знал, что она любит больше всего, научился играть на нём, как виртуоз на любимом инструменте. И волчица не оставалась равнодушной, правда, в такой позе дарить мужу ответные ласки было неудобно, но её прерывистое дыхание, порозовевшее лицо, истекающее соком лоно и тихие всхлипы заводили не меньше, чем если бы Таня дарила ему удовольствие руками и языком.

- Садист! – выдохнула жена, когда очередная попытка придвинуться ближе к паху супруга потерпела фиаско.

- Ещё не время, моя нежная! – волк снова перешёл к поцелуям шеи и плеч Татьяны, давая ей краткую передышку перед новым витком возбуждения.

Ах ты, свинтус!

В мгновение ока самка ужом выскользнула из-под тела волка и соскочила с кровати, собираясь покинуть спальню.

-Ку-у-да? – волк был не менее быстр, но всё равно еле успел подставить свою руку между плечом разгоряченной женщины и косяком двери. – Таня, ушибёшься! Стой!

Хорошо, что покои главной пары включали в себя несколько комнат – есть где разгуляться! Хорошо, что дети уже большие и живут на другом этаже – можно не сдерживаться!

Татьяна убегала – Андрей догонял.

Старая, как мир, игра, древний обычай, гармония и наслаждение… Хищник и жертва? Нет – влюблённая пара, когда каждый старается отдать больше, чем получает.

И здесь не было сакраментального «не слишком ли быстро я бегу?». Таня не собиралась оскорблять супруга поддавками - пусть ловит по-настоящему!

Ураганом они пронеслись по комнатам, что-то падало, что-то ломалось, но пара не замечала ничего.

Подпустить ближе, почти отдаться, но в последнюю секунду вывернуться и отскочить, успев провести ладошкой по крепкой груди волка. Или плечу. Или… куда достала. И бежать дальше, чтобы через минуту снова очутиться в родных объятиях. Слиться в крышесносном поцелуе – хотя где сейчас та крыша? Давно улетела! – и снова ускользнуть, раззадоривая волка ещё больше.