Игрушка альфы

Иногда мне казалось, что я разучилась говорить. Сближаться я ни с кем не хотела, а рот открывала только чтобы поесть. Рубцы на моей спине затянулись, а вот ненависть к купцу осталась. Но я понимала, что в схватке с ним мне не выстоять, а бежать с корабля некуда, поэтому приняла решение выждать.

Вскоре подошла наша очередь. Коддар привез с берегов Альдейна богатый «улов»: десять юношей и десять девушек. Юношей я впервые увидела сегодня утром, нас держали отдельно.

Мужчин раскупили в считанные минуты, пришел черед девушек.

— Шевелись, девушка, — игриво велел Бойд. Все плавание этот оборотень крутился поблизости, но вот уединиться на маленьком корабле было негде, иначе это животное уже давно бы распустило свои лапы.

Едва сдержав гнев, я встала последней в шеренгу девушек, которые по одной выходили из-за занавеса, пока Коддар отчаянно врал, с каким трудом ему удалось получить столько рабов.

Я знала, что меня Коддар оставит напоследок. Он сам сказал мне это утром, когда выдавал всем девушкам по плащу с глубокими капюшонами.

— Подсказывает мне волчье чутье, что сегодня меня ждут хорошие торги. Лицо у тебя белое, как луна, а глаза голубые, словно ягоды можжевельника. За такую мордашку дорого дадут.

— Сейчас я тебе устрою хорошие торги, — мстительно прошептала я, старательно раздавив ягоды, сохраненные с обеда, в руке, и растирая красный сок по лицу.

Чтобы торги проходили честно, девушек продавали по очереди. Лицо открывали, только когда Коддар называл имя рабыни.

Торговля шла бойко. Коддар не врал: его знали, как хорошего поставщика рабов. Ирма, та девушка, с которой я сцепилась в клетке, была предпоследней. Ее цена дошла до семидесяти золотых волков. Эта дурочка стояла гордая, будто золото после торгов отдадут ей, а не заставят гнуть спину на хозяина.

— А теперь, жители и гости Вольфторна, позвольте представить вам особенную рабыню.

— Если ночью у нее не вырастает еще пара сисек, оставь ее себе! — выкрикнул из толпы высокий поджарый волк и тут же сам захохотал, довольный своей шуткой.

Однако Коддар и ухом не повел. Дождавшись, пока смех стихнет, он продолжал:

— Девица из благородной семьи. Умеет читать, писать и знает все, что необходимо знатной даме! Обладает диким нравом, поэтому робким просьба не беспокоиться! — понизив голос, он зашептал театральным шепотом: — Ко всем прочим достоинствам девственна! — После этих слов Коддар сделал мне знак рукой, приказывая сбросить плащ.