Игрок Фемиды

— Вы такие хорошие люди! — умильно сказала Сашка, вцепляясь в решетку пальцами и придвигаясь к середине сидения, спихнув к двери меня, потягивающую любимый томатный купленный по моей наглой просьбе кем-то из стражей порядка.

Я разочарованно простонала, оглядывая большое пятно на белом шелковом топе и вытирая испачканный подбородок тыльной стороной ладони. Сашка заунывно извинялась, склоняя меня своим тоном ко сну, и я из-за этого не заметила ни пропущенный от Антона ни сам момент, когда мы подъехали к отделу и начали парковаться у белой БМВ прямо напротив входа.

Как можно было догадаться, нас там уже ждали. Антон и Зимин.

Он со Славкой, с мрачным выражением лиц курили на крыльце дежурки, негромко разговаривая с парой полицейских. Зимин, злобно зыркнул карими глазами на паркующийся УАЗик с опечалившимися нами, почуявшим облом продолжения банкета, и первый начал спускаться со ступеней, заставив Сашку грустно вздохнуть. За ее мужем следовал немолодой усатый дядька, усмехнувшийся отчего-то затосковавшему водителю.

Антон, доставая на ходу портмоне, собирался последовать за вторым полицейским, вошедшим в здание, но встал как вкопанный, пристально вглядываясь в меня.

- Это че за нахуй?.. Мусора, да вы охуели что ли?! — рыкнул он, ринувшись к выходящему из машины водителю.

Я растерянно опустила взгляд и заметила красное пятно на своей груди, а лицо у меня перепачкано, не сложно догадаться, какие я вызываю ассоциации.

— Антон! Это сок, блядь! Томатный сок! Не бей их! Пожалуйста! — испуганно проорала я, кинувшись ему наперерез.

На бегу я запуталась в своих ногах, но благо Антон был совсем рядом и успел подхватить мое матерящееся тело, несущееся на встречу растрескавшемуся асфальту. Придав мне более-менее устойчивое положение, непререкаемым тоном скомандовал сесть в машину. Я, храбрясь, хотела было возразить, но выражение его глаз предостерегло. Стараясь держаться гордо, я развернулась на каблуках и стараясь не особо шататься, пошла к БМВ, возле которой стояла Сашка, стараясь выглядеть виноватой, пока ей что-то негромко выговаривал Слава.