Игрок Фемиды

— Под этой фамилией точно искать не будут. — Хмыкнула Луиза, устало откинувшись на кресле и прикрывая глаза. — Анна — самое распространённое имя на планете…

— А фамилия Грановская не очень, — с отвращением глядя в паспорт, парировала я.

— Ну, это последнее, до чего он додумается.

Логика есть. Я несмело ей кивнула и вышла. Машина осталась у универа. Телефон там же. Села в маршрутку, прижимая к себе рюкзак с самыми необходимыми вещами, в которые были завернуты все мои сбережения. Вышла на автовокзале, едва не сдернула парик, случайно зацепившись замком за непривычную длинную русую прядь.

С полчаса побродила по стоянке, читая на автобусах направления. Чертыхнулась и взяла на кассе билет на ближайший рейс в другой город. Оттуда еще пару раз. На третий осяду.

Через два часа все было кончено. Я уезжала из этого города, оставив в нем все: квартиру, машину, работу, учебу, знакомых, друзей. И себя. Сломанную, сожжённую и растерзанную любимым мужчиной.

Эпилог

На дворе уже двадцатое марта, а снег еще не сошел.

И было совсем не по весеннему прохладно. Я, раздраженно перепрыгивая замерзшие лужи на битом асфальте очередного безликого двора бесконечных многоэтажек, бросила взгляд на наручные часы. Почти семь утра. Сегодня чуть задержались в кафешке, пересчитывая выручку. Была недостача. Влетело от хозяев, естественно, администратору, то бишь мне.

Воскресное утро наводило тоску, и настроение и так прогрессивно падающее, стремилось ко дну все быстрее, а до дома еще идти и идти. Я разозлено бахнула сумку на скамейку у ближайшего подъезда и достала сигареты, плотнее натягивая капюшон и отворачиваясь от порывов промозглого ветра.

В кармане зазвонил телефон. О, ну разумеется, кто мне еще может звонить в семь утра?

— Да. — Ответила я, почти не скрыв раздражения.

— Заюша, ты скоро? — от его карамельного обращения, порой вызывающего у меня скрежет зубов, я закатила глаза и протяжно выдохнула дым. — Заюша, ты опять куришь? Ну заче-е-е-ем? Ты же девочка!

Я отняла трубку от уха и едва загасила желание ткнуть зажжённой сигаретой в экран.

С каждым днем он меня раздражал все больше. Я вообще не понимала, какого хуя согласилась за него замуж выйти.

— Заюша! Девочкам не красиво курить! — снова заканючил он. — Ты же не такая!

— Такая. Я курю, бухаю и ругаюсь матом. И мне это нравится. Чего ты мне звонишь?

— Время восьмой час утра… — обиженный моими интонациями буркнул он. — А ты все домой не идешь. Снова на работе задержали, да?

— Бинго.