Игрок. Грязная любовь – 3

– Водаев? Что хотел? – коротко спросил он.

– Я не знаю, – проговорила Даша. – Но это странно, потому что его не было больше двух лет. Он как исчез тогда, бросив меня посреди того кошмара беременную, так с тех пор и не появлялся. А вчера вдруг объявился.

Ей снова вспомнились слова бывшего. Обидные, отдававшие гнильцой.

…А ты изменилась, подурнела. Работу нашла? Или так и болтаешься, как г***но в проруби?

…Разговор не окончен.

Даша вскинула взгляд на Игоря и сказала:

– Самое неприятное, что мама в мое отсутствие пустила его в дом.

И он ее спрашивал, устроилась ли я на работу, и к кому.

Игорь смотрел внимательно и хмурился, а до нее вдруг дошло.

Даша ахнула, прикрывая рот ладонью:

– Простите… Он же неспроста спрашивал да? Он же… Получается, я вас подставила?! Клянусь, я…

Она все-таки не сдержалась. Слезы досады и разочарования, злости на себя, на свою глупость и такую непрошибаемо неудачную судьбу потекли из глаз. Даша закрыла рот рукой и сжалась в комочек.

Игорь мгновенно оказался рядом, мягко обнял ее и притянул к себе.

Теперь она всхлипывала ему в грудь, и было так неудобно, но просто не хватало сил отстраниться. Потому что это трудно – постоянно бороться с судьбой. Бросаться грудью на ледяные торосы, разбиваясь в лепешку, а на выходе все равно полный ноль, очередное поражение.

Но он легко гладил ее по спине, и это была передышка. Маленькая, но такая нужная.

– Простите… – пробормотала она, хлюпнув носом. – Я не хотела.

– Даша.

Сейчас, когда была у самой его груди, его голос казался рокочущим, он проникал везде, до костей.

И от этого становилось так хорошо и спокойно.

– Мы ведь договорились, нет? – спросил он, поднимая ее лицо за подбородок.

И Даша рискнула поднять на него глаза.

Странно он смотрел на нее и хмурился, но не сердился, нет. И обнимал. А ей вдруг захотелось чтобы он ее поцеловал. Потому что они стояли так близко, и от его тела рядом так тепло и надежно. И почему-то сладко…

Она с трудом опомнилась.

Ну с чего бы это?! Господи, как стыдно, как она себя ведет.

Что он о ней подумает? Кошмар какой-то.

А мужчина стирал пальцами слезы с ее щек и смотрел с какой-то непонятной жаждой. Потом проговорил:

– Давай уже на ты. Хорошо?

– Хорошо, – прошептала она, опуская голову.

Но он не дал, поднял за подбородок, заставляя смотреть ему в глаза. Откуда-то в его руке возник платок. Она взяла платок, пахнущий им, и уткнулась в синий квадратик лицом."

"Даше было неудобно из-за всего, что она тут устроила.