Кружевница из ковена Будриоли

И тут в мозгу вспыхнула яркая картинка. Подвал, тусклый свет свечей, выстрел, клубы дыма… Вревский тряхнул головой. Что за черт?

Он медленно, покачиваясь, пошел по коридору, иногда останавливаясь от резко нахлынувших воспоминаний. Казалось, что они врываются в него подобно стрелам. Добравшись до спальни, барон упал на кровать прямо в одежде и провалился в глубокий сон.

* (Вт. 18:10-13).

Глава 67

Дни пролетали с бешеной скоростью. И вот мне пора уже ехать к портнихе на примерку. Естественно, я собиралась заглянуть к ювелиру, чтобы показать новые эскизы и передать готовые украшения.

Но, если честно, все мои мысли были о Вревском. О том, что мы лишили его воспоминаний… Теперь мне это казалось неправильным, хотя Надя и Елизавета убеждали меня в обратном. Ведь расскажи я ему правду, неизвестно, во что бы это вылилось.

От мужа не было никаких известий. Но это как раз и не удивляло. Барон не особо стремился к общению.

Кроме всего этого, мне не давал покоя неприятный тип Анатоль со своим другом «художником». Вряд ли колдовские кружева обманывали меня по поводу того, кем они являлись на самом деле. В общем, предстояло расследовать еще одно дело.

Рано утром мы своей обычной компанией отправились в город. Орель тоже путешествовал с нами, тихо мурча в саквояже. Я накрыла его пледом, и всю дорогу из-под него торчал только розовый нос моего рыжего защитника.

Вечер выдался тихим и снежным. Тускло светились фонари, по тротуарам медленно прогуливались элегантные пары. Где-то совсем рядом слышался детский визг. Видимо, за углом малышня каталась с ледяной горки.

Я оставила друзей в гостинице и отправилась сначала к поверенному. После чего собиралась заглянуть к Сазонову. Охрана следовала за мной, не отставая ни на шаг.

Петр Симонович обрадовал хорошей новостью. Все документы были готовы, и теперь у меня появилась возможность заниматься любимым делом на вполне законных основаниях.

- На вашем месте я бы крепко подумал, Мария Дмитриевна, - предупредил меня поверенный. – Я уже говорил, но повторю еще раз: ни одному мужчине не понравится, если его супруга решится открыть дело.