Игрок

Сегодня он посмотрел на меня лишь раз, когда перед операцией я зашла в палату Эвы, но быстро потерял ко мне интерес. Нелепая картина с лавандовым полем в комнате ожидания, казалось, интересовала его гораздо больше меня. Я перестала существовать для Рэя, и от этого осознания мне было больно.

Он сидел в одном из кресел напротив меня, серая футболка немного помялась, волосы небрежно зачесаны назад, цвет лица его едва ли можно было назвать здоровым, ведь Рэй был бледнее обычного. Но я по-прежнему считала его самым привлекательным мужчиной на планете.

Уилсон часто зевал. Он плохо спал либо не спал вовсе, наверняка переживая за сестру.

Миссис Уилсон беспокойно расхаживала вдоль окна. С момента как Эву увезли в операционную, она ни разу не присела, как и ни с кем не заговорила. Я могла только представить, что она испытывает в этот момент, даже я переживала за Эву, ведь искренне желала ей только хорошего исхода, в том числе из-за Рэя.

Я еще раз окинула взглядом напряженные плечи Рэя, отложила журнал в сторону и направилась в соседний коридор, где располагалась стойка администратора, а также четыре автомата: два со снеками, один с бутилированной водой и содовой и еще один с горячими напитками. Я взяла классический эспрессо для миссис Уилсон и латте на миндальном молоке для Рэя, тыквенного латте в автомате не было.

Больница представляла собой комплекс из нескольких корпусов, соединенных навесными переходами. Со стороны зала ожидания открывался вид на небольшую прогулочную зону с высаженными вдоль аллеи кустами и низкорослыми деревьями.

– Не нужно было приходить, – раздался голос за моей спиной, парализовавший меня быстрее любого существующего в природе яда.