Играть, чтобы жить. Книга 3. Долг

Гончие, бригадир гоблинов Арлекино, тролль-альбинос Умка, созданный для переноски боеприпасов, страдающий от одиночества дух-хранитель замка Бэрримор – многим бы стоило тебя поблагодарить… Продолжай в том же духе, ищи союзников среди коренных жителей Друмира. Это огромный и пока что абсолютно не востребованный ресурс.

Я задумчиво кивнул, перебирая в голове возможные персоналии: харизматичный Гунар, торговец острым железом, костяной дракон со своим вечно голодным выводком, надежные как клинок горлорезы – всех их я был бы рад увидеть под знаменами клана Детей Ночи.

Отшельник Грым – мой первый встреченный в игре персонаж, практически учитель! Как я мог позабыть старого Грыма, это же готовый жрец Неназываемого, его-то уж точно следует пригласить в первых рядах!

Я даже дернулся всем телом, порываясь встать и бежать, агитируя за советскую власть направо и налево, но тяжелая ладонь Неназываемого припечатала меня к земле:

– Погоди, успеешь еще. Запамятовал, с чего вдруг мы подняли эту тему?

Ой, блин, реально ведь позабыл об артефакте! Я в сердцах хлопнул себя ладонью по лбу и тут же в кувырке через спину улетел назад, по пути щедро разбрасывая искры из глаз.

Сидя на коленях в пыли, с удивлением рассматривал помеченную божественным логотипом ладонь – фигасе, силища, в этом и заключается подарок Павшего? Взглянул на бога, но тот лишь удивленно покачал головой:

– Случайный эффект, наверное, пройдет со временем… Основной функционал артефакта в другом, мне бы не хотелось брать штурмом цитадель Ллос, вытаскивая своего жреца из ее уютных пыточных камер.

Поэтому и озаботился твоим выживанием – в случае проседания здоровья ниже критического уровня, весь последующий урон примет на себя мой дар. Считай его последней линией обороны, если уж арт принялся глотать причитающиеся тебе удары – дело труба, пора делать ноги. Не геройствуй и не истрать защиту понапрасну, предмет одноразовый, регенерации и восстановлению не подлежит.

Я уважительно провел пальцами по проступившей на ладони печати, очищая рисунок от пыли.

– И много урона выдержит?

Неназываемый пожал плечами:

– Тысяч пятьдесят, думаю, примет…

– А нельзя его все же многоразовым сделать, или еще парочку забабахать? Ладоней-то у меня две? Если с адамантом напряг, ты только скажи, где его взять можно, соберу наемников, перетряхнем все через мелкое сито…

Наткнувшись на ироничный взгляд Павшего, я зажал рот своему хомяку, что заставлял меня нести глупости в нелепой надежде заполучить еще одну божественную плюшку.