Играя судьбами

Настороженно следила за каждым моим движением, отчего становилось не по себе. Что же за пациентку подсунула мне так не вовремя заболевшая Марина?

– У нее простуда. Сегодня я подменю Марину Сергеевну, а со следующего приема она вернется.

Девушка кивнула, продолжая обнимать живот. Будто пыталась защитить дитя. Она видела во мне угрозу? Нелепо, но, увы…

Выдохнув, опустилась на стул и предложила ей присесть.

– Начнем? Если вы не против, конечно.

– Нет, нет, – залепетала она, тяжело опускаясь и рассматривая собственные руки, а не меня.

– Хорошо. Елизавета, расскажите мне вкратце, как протекает ваша беременность.

Я заглянула в карточку и окунулась в мир, которого у меня никогда не будет.

Потому что я деформированная…

Глава 6

– Привет.

– Привет, моя дорогая!

Ника обвила меня руками как лоза стену и притянула к себе в самые крепкие объятия. Те, от которых воздух со свистом вылетает из грудной клетки. Обняв ее в знак приветствия, отступила, выпутавшись из чужих рук. Нет, у меня не было брезгливости или страха от прикосновений, тем более работа была такой, что я сама касалась в очень интимных местах и умела абстрагироваться, но отчего-то именно с друзьями мне хотелось сейчас держаться на расстоянии.

Будто они узнают, что творится внутри меня, если обнимут.

Вдохнув, ощутила сладковатый аромат ее духов и что-то еще. Кажется, корица.

– Эрнест дома?

– Неа, на работе задерживается. У них какой-то очень важный проект горит. Трясет всю компанию. Не завидую им, бедолаги.

– Понятно.

 – Я стянула пальто, осматриваясь по сторонам. Широкий коридор заливал свет.

– Как добралась? Пробок не было?

– Ника, я же на такси. – Поставив сумочку на комод, стянула сапожки и последовала за Никой. Она проводила меня в просторную гостиную их с Майером квартиры в центре города и предложила присесть.

– Будешь чай или кофе?

– Давай чай.

Ника кивнула и умчалась на кухню. У меня появилась свободная минутка-другая, чтобы адаптироваться и включиться в предстоящий диалог. Работа выматывала.

Особенно тогда, когда приходилось брать на себя дополнительную нагрузку. Но сегодня было тяжело вдвойне. Пациентка Марины оказалась непростой. Она была напуганной, озирающейся по сторонам, и не сразу позволила коснуться себя. Я могла бы списать это на что-то очень личное, возможно, даже домашнее насилие (увы, такое нельзя было исключать при ее-то поведении), но оказалось, что девушка просто волновалась. Так и сказала мне, когда все же позволила себя осмотреть.