Игра в «Потрошителя»

Знаешь, к примеру, сколько стоит сеанс иглоукалывания у Юмико?

— Не знаю и знать не хочу.

— Почти вдвое дороже твоего. Давай заплачу тебе побольше, — предложил Миллер.

— Я бы предпочла, чтобы ты, как друг, вообще не платил ничего, но, если я не возьму с тебя денег, ты больше не придешь. Ты ни от кого не принимаешь одолжений, твой грех — гордыня.

— Ты бы скучала, если бы я прекратил ходить?

— Нет, ведь мы бы виделись в других местах, как всегда; это тебе не хватало бы сеансов. Признайся: они помогают.

Вспомни, как было больно в первый раз. На следующей неделе попробуем магниты.

— Хотелось бы и массаж тоже. У тебя руки ангела.

— Ладно, и массаж. И давай одевайся: следующий пациент уже ждет.

— Интересно, и почему это все твои клиенты — мужчины? — осведомился Миллер, сползая со стола.

— Не все: есть женщины, дети, даже песик с ревматизмом.

Миллер думал, что остальные клиенты мужского пола вряд ли чем-то отличаются от него и определенно платят скорее за то, чтобы побыть рядом с Индианой, чем за ее сомнительные целительские методы.

Единственно по этой причине он в первый раз явился в кабинет номер восемь, в чем и признался Индиане во время третьего сеанса, во избежание недоразумений, а еще потому, что первоначальное влечение уступило место уважительной симпатии. Она, более-менее привыкшая к таким реакциям, рассмеялась и заверила Миллера, что через две-три недели, ощутив результаты, он изменит свою точку зрения. Райан поспорил с ней на ужин в ее любимом ресторане. «Если ты меня вылечишь — плачу я, если нет — платишь ты», — сказал он, надеясь встретиться с ней в атмосфере, более располагающей к беседе, чем пара комнатушек, пронизываемых взглядом всеведущей Шакти."

"Они познакомились в 2009 году на извилистой тропке заповедника Сэмюэла П. Тейлора, между тысячелетних деревьев стометровой высоты. Индиана пересекла залив Сан-Франциско на пароме, вместе с велосипедом, и, высадившись в графстве Марин, километр за километром крутила педали до самого парка, готовясь к эстафетной гонке до Лос-Анджелеса, в которой собиралась принять участие через пару недель.

В принципе Индиана считала спорт бесполезным занятием; поддерживать форму также не было для нее приоритетом, однако в данном случае заезд проходил под лозунгом борьбы со СПИДом, ее дочь Аманда решила участвовать в нем, а девочку никак нельзя было отпускать одну.