Игра в отрезанный палец

Ни один мускул не дрогнул на лице Георгия. Не сводя глаз с ночного моря, он щелкнул языком. Потом наклонился, взял с земли камешек и бросил в воду.

— Никто его не убивал. Он сам выпил коньяка и принял таблетки, несовместимые с алкоголем, создав нам массу проблем! Что с ним случилось потом, после ресторана, и кто его отправил в полет, я не знаю. Да это и не важно. Для нас он все еще живой. Как бы. По крайней мере здесь он с нами. Окончательно он умрет только через пару дней. У нас не принято умирать, не передав дела…"

"Ник слушал Георгия без особого интереса.

Его мысли были заняты другим. Он пытался представить себе встречу с женой. Пытался, и не мог. Что-то не совпадало в его воображении, словно он больше никогда и не мог встретиться с Таней. Может, внутри у него существовало твердое знание о ее смерти, и знание это было непоколебимо, оно просто блокировало любые игры воображения? Ник вздохнул.

— О жене думаешь? — спросил его внезапно Георгий. Потом полез во внутренний карман пиджака, достал конверт и протянул Нику.

Ник вытащил оттуда фотографию. Даже при лунном свете он сразу узнал Таню.

Она стояла на ступеньке поезда и растерянно смотрела куда-то в сторону.

— Это она на Киевском вокзале, — прокомментировал Георгий.

Виктор тоже заглянул на снимок.

— А кто ее фотографировал? — удивился он.

— Те же, кто вас с ней подстраховывал и потом. Вы их не видели.

Виктор молча кивнул.

— Ладно, — Георгий поднялся на ноги. — Пойдемте, отдадите мне пальчик и будете отдыхать.

Послезавтра снова за работу.

Ник удивленно посмотрел на Георгия.

Виктора его слова тоже удивили. Но он не подал виду.

Пока шли назад, прямо перед ними на поднимающиеся километрах в трех впереди горы упала звезда.

* * *Следующий день прошел легко и быстро. На безоблачном, отражавшем море небе светило солнце. Волны тепла носились в воздухе, словно продолжение самих солнечных лучей.

В девять утра в коттедж постучали. Пришел Георгий, зашел запросто и бесцеремонно, словно родственник или давний друг.

Поднял. Вместе выпили кофе и пошли в Кирению неспешащей походкой отдыхающих. Шли по обочине дороги — тротуаров здесь не было. То из-за деревьев, то из-за холмиков выглядывало море.

Впереди показался город, низенький, ленивый, выгоревший на солнце красками.

Прохожих было мало. Большей частью солдаты-турки. Иногда с нарукавными повязками и автоматами. Военные патрули.

— Нам бы такой порядок, — кивнул на них Георгий.