Игра в отрезанный палец

Вика вернулась вместе с невысоким плотным мужчиной лет пятидесяти.

Недоглаженный черный костюм сидел на нем как-то неуклюже, верхняя пуговица белой рубашки была расстегнута, а узел темно-зеленого галстука ослаблен, словно этот человек страдал от астмы и ему постоянно не хватало воздуха.

— Никто у нас ничего не знает об этом Броницком, — сказала Вика. — Расскажите, пожалуйста, еще раз нашему сотруднику о том, что вам сказали в колледже. — Плачинта Александр Иосифович, торговый атташе, — представился мужчина.

* * *Виктор рассказал ему все, тот покивал и вышел.

— Виктор Николаевич, — официальным тоном заговорил торговый атташе. — У нас к вам большая просьба: не распространять эту выдуманную версию про участие нашего посольства в отъезде Броницкого. То, что вам кто-то сказал в Кембридже, просто нереально. У нас всего две машины, и они постоянно заняты. Кроме того, в случаях, если гражданин Украины зарегистрирован в посольстве и действительно его срочно разыскивают дома, мы только звоним ему или посылаем письмо.

— Но кто тогда мог его забирать из колледжа и отвозить в аэропорт? — спросил Виктор.

— Есть масса служб эскорта, которым могут заплатить из любой точки земного шара, и они вышлют машину с сопровождающим и сделают все, о чем их попросят…

Торговый атташе вспотел и еще больше ослабил узел галстука. Виктор обратил внимание, что в кабинете особенно жарко не было.

"— Извините, — поднялся атташе. — Очень много работы, надо идти… У нас даже сотрудников свободных нет, чтобы посылать их за кем-то в другой город!.. — сказал он на прощанье, добавив для убедительности сожалеющий взмах рукой.

— Вот видите, — произнесла Вика, когда дверь за торговым атташе закрылась.

— А почему вы меня не попросили поехать с вами? Я бы вам охотно помогла, могли бы прямо из Кембриджа с посольством связаться и все узнать…

— У вас же много работы, — совершенно искренне, сказал Виктор.

— Это мой муж.

Глаза Виктора удивленно округлились.

— Да, он больной, но если он начнет лечиться — нас отправят домой в Киев, и мы никогда уже не попадем за границу… Ему сразу инвалидность влепят, а я стану женой инвалида…

Виктор понимающе кивнул, хотя на самом деле только в самолете до него полностью дошел смысл ее слов.